Попаданка для герцога? – 3

Только хмурился и о чем-то напряженно думал.

И я тоже молчала, не желая попасть его величеству под горячую руку. Герцог демонстративно игнорировал нас обоих и ехал верхом впереди отряда.

Во время обеда, я увидела среди пленников, захваченных герцогом во время нападения на моих похитителей, того самого мужика, которому я поклялась отомстить…

Надо сказать, что пленников, кроме графа Бирмаса, которого отпустили, сопроводив до границы, мы везли связанными, но при этом они удобно сидели на телегах, а не лежали под кулями с шерстью или тканями, и рот им никто не затыкал.

И я пошла к его величеству.

– Леди Лили, – удивился он, – не ожидал от вас такого… Но, если хотите, подойдите к герцогу Бартенбергскому.

– Но вы не против? – уточнила я. Идти к герцогу с такой просьбой мне совсем мне хотелось. Но ведь если король разрешит, то герцог не сможет запретить? Я в это верила.

– Нет, – равнодушно пожал плечами король.

И я подпрыгивая от радости поскакала к телеге, где сидели, связанные по рукам и ногам, арестанты. По дороге стащила у повара тряпку, которой он мыл посуду. Она висела над костром и сохла.

Арестованные похитители, увидев меня, радостно осклабились и загоготали:

– Леди, вы пришли скрасить наш досуг? Оставайтесь с нами, обещаем, вам не будет скучно.

Но я не обращая на них внимания, подошла к вонючему мужику и молча обхватила голову и зажала нос. И пусть он при этом оказался прижатым к груди, что вызвало новые шуточки со стороны остальных пленных. Зато, как ни старался, вырваться у него не получилось, и я с чувством глубокого удовлетворения запихала ему в рот грязную вонючую тряпку.

– Око за око, – сказала я ему, – зуб за зуб.

И оглядев остальных добавила:

– Еще одна насмешка, и с вами будет то же самое…

Арестанты зафыркали, но замолчали, мужик кричал сквозь кляп и вертел головой, пытаясь выплюнуть его.

– Леди Лили, – сверху раздался недовольный голос, – что вы здесь делаете?

Я обернулась. Герцог Бартенбергский светлой персоной. Сидел на своей лошади и смотрел на меня, как на пыль под ее ногами.

– Уже ничего, – улыбнулась я ему и, весело напевая, пошла к карете.