Запрети мне любить

 – сказал он, самодовольно улыбнувшись и отпустил мою шею. – Сиди и жди.

Как только за ним закрылась дверь, я скатилась по стене на пол и зарыдала в голос. Истерика накрыла с головой. И это было моей жизнью уже на протяжение года. За что? За то, что я спасала свою сестру?

Не знаю сколько времени прошло, но когда в замке провернулся ключ, я соскочила и забилась в угол. Но вместо Тиграна вошел Карим. В его глазах сначала появилась жалость, затем злость, а после снова безразличие.

– Тигран сказал, чтобы ты шла к себе и не высовывалась, пока он не разрешит.

– Где он?

– Был приказ, доставить тебя в комнату. Либо идешь, либо сиди здесь. – этих слов хватило, чтобы я подскочила на месте и ринулась к выходу.

Карим остановил меня возле двери, поймав за руку. От его прикосновения по телу пробежали мурашки. Мы сначала просто смотрели друг другу в глаза, затем он холодно бросил, отпуская мою руку:

– Я проведу тебя в комнату и запру. Таков был приказ. – я лишь опустила глаза, растирая то место, где он прикасался ко мне.

Я шла первая, он шел за мной. Мне казалось, что он рассматривал меня, пока мы поднимались по ступенькам. Всю дорогу я волновалась, будто впервые вижу мужчину. Но как только он запер меня, наваждение прошло. Я снова осталась одна и скорее всего заключение продлится не один день.

На утро в дверь постучали, когда я уже не спала. Сидела на подоконнике и читала книгу. Когда дверь открылась и вошел Карим, я удивилась. Обычно завтрак мне приносила Зоя, молодая девушка и разными цветом глазами.

– Доброе утро. Тигран уехал и велел мне за тобой присматривать. Поэтому советую слушаться и не показывать свой характер.

– Доброе утро. – все что смогла ответить я.

Карим поставил поднос с завтраком на стол и посмотрел на меня. Я вся съежилась под его взглядом, он меня пугал.

– Знаешь что, Софи? – язвительно сказал он.

– Я не Софи. Я Соня. – процедила я сквозь зубы. На что мужчина усмехнулся.

– Зря ты запилила свои рога сюда, Соня. – выделил моё имя он специально.

– Он меня уже сломал. – проговорила я тихо, чувствуя, как глаза наполнились слезами.

Карим посмотрел на меня и молча вышел. Я же снова не сдержалась и уткнувшись лицом в ладони, заплакала. Никто не имел права меня судить. Я не выбирала для себя такую жизнь. Я не хотела так жить.

В следующий раз Карим пришел с обедом. Молча поставил его на столик и так же молча ушел. Я чувствовала себя стеной, которую он не замечал.