Сто граммов счастья. Сборник

Растерявшийся от такой реакции парень невнятно забормотал:

– Да я ничего. Просто… Извини.

– Не лезь в чужую жизнь. Понял?! – повышая голос, сказал Никита.

– Понял.

Никита в раздражении выдернул салфетку из наполнителя, вытерся, бросил ее в мусорный ящик, развернулся и вышел из помещения.

Еще один неприятный осадок остался в душе от разговора в туалете. Никита просто физически ощущал, как его быстрая проточная река заиливается, осталось совсем чуть-чуть, и она превратится в болото или в лучшем случае в пруд.

Он пробирался сквозь столы к своему свету. Когда Никита подошел к жене, то заметил, что Маша разговаривает с кем-то по телефону. Она сидела спиной к основному залу и не увидела подошедшего мужа. Никите удалось услышать обрывок фразы:

– Нет, не сказала, все зашло слишком далеко, – расстроенно лепетала она в телефонную трубку. Заметив подошедшего Никиту, Маша быстро закончила разговор. – Я тебе потом перезвоню. Пока.

Все! Свет погас для Никиты. Он медленно сел в кресло.

– Кто это был? – совершенно спокойно, не сводя глаз с жены, спросил он.

Маша почувствовала, как от этого взгляда по ее спине, вдоль позвоночника, побежали мурашки. Она молчала, не в силах что-либо сказать. Никита продолжил допрос ледяным тоном:

– Я тебя спрашиваю, с кем ты разговаривала? Это был Петр Сергеевич? Вы уже с ним на «ты» перешли?

Маша поняла, что сейчас наступит развязка, дальше тянуть было нельзя. Но она не знала, как говорить об этом. С чего начать? Она словно замерла в ожидании цунами.

– Дай мне телефон, – потребовал муж.

Никита протянул руку, чтобы взять телефон у Маши. Но она одернула руку и спрятала телефон под стол.

– Нет, я не разрешаю!

И тут набравшая свою высоту волна гнева обрушилась на молодую женщину. Никита медленно встал со стула и, нависнув над женой, вскипел, разбрызгивая пену:

– Раз так, то и я не разрешаю тебе никуда ехать. Ты останешься здесь со своей семьей, поняла?! И больше ни слова об этом!

Маша впервые видела мужа в таком состоянии.

Она одновременно трепетала перед его разрушающей силой, и в то же время в ней самой росла волна возмущения. За что? Это он обманывает ее.

– Почему ты сразу не запретил? Что тебе помешало? Или, может быть, кто? – спросила она с надменным спокойствием.

Мужчина совершенно не понимал реакции своей женщины, он ждал чего угодно от нее: криков, возражений, даже слез – и был готов к ним, но ее холодная надменность выбила его из колеи.