Крылья Хаоса. Первый Ветер

Наташа с Рыжим вспыхивают:

;Не, ну, ни в какие рамки! – быстро пихают в бок предводителя гуинер, просматривают события вместе, раскладывают мысленный календарь, раскидывая события по событиям, затем по секундам.

– Разведчики заметили движение в скалах. Чтобы отправить доклад, мы задействовали разведку.

Минимум слов и повисшее в воздухе невысказанное: "после этого вы направили туда свою группу, а мы сидим тут, подчиняем примуса согласно ГОСТа и разнарядке".

– Две группы одна за одной ушли на прошлой неделе, и одна четыре дня назад, – Наташа чуть улыбается, смотря на Николая и неизвестного.

Николай переводит взгляд на неё во время первых звуков голоса, под конец доклада в его глазах пляшут бесята, после чего смотрит на собеседника.

– Также ваши группы шли без опознавательных знаков, в сопровождении двух чужаков с первой группой, тремя чужаками со второй и пятнадцатью людьми в последний раз, – Наташа слушает одного гуинер и произносит: – Следующая группа готовилась выступать через два дня с тридцатью шестью чужаками.

– Помощник, он же начальник базы, – говорит Вадим. – Что тут происходит? – выражает он общую мысль.

Наташа прищуривается, в крови вспыхивает голодный охотничий инстинкт.

– Вы уверены, что всё знаете?

Штатский смотрит на неё, будто ожидая, что она скажет нечто опровергающие эту теорию, что выдаст собственный интерес в этой истории. Наташа зло сверкает глазами и смотрит на Николая:

– Соар?

В переводе это означает: "Продолжаем двигаться в этом направлении?"

– Онэ, – отвечает он, что переводится: "Разумеется".

– Присутствующее не знали об этом. Удивительно, но это факт. Нам придется за короткий срок вырубить, как минимум, шесть развед групп. И всё это минимальными силами.

– Почему? – спрашивает штатский.

– Если опустить то, что здесь могут быть наблюдатели, вся эта ситуация – это паника. Разведгруппы на службе у врага. В свете зарождающихся контактов двух стран, это такой удар, что ещё долго будем оглядываться.

– Нужно брать группы сейчас, – говорит Николай. – Иначе упустим. Поиски могут подождать. Гуинер могут сказать, наша группа жива? – Николай смотрит ей в глаза.