Тариф на связь

Потом я обязательно стану богатым и успешным, ты не будешь себе ни в чем отказывать. Но сейчас надо терпеть.

Так что в отношениях с женщинами он вел себя точно так же, как с матерью: рационально, слегка свысока. Это служило ему надежной защитой от слишком сильных эмоций и любовных потрясений, которых он боялся, как огня. Уж слишком сильно он дорожил своей независимостью, которую зубами вырвал у женщины – своей матери.

Выходка Ольги, конечно, застала Сашу врасплох.

«Что там ее подружка? Таня, кажется. Надо будет ей позвонить», – успокаивал он уязвленное самолюбие, но оно все никак не унималось и не давало уснуть, заставляя ворочаться на гостиничной кровати с дорогим ортопедическим матрасом.

Да, Саша мог себе позволить номер бизнес-класса, а уж как его занесло в кафе «Запеканка», одному богу известно. Но он добился того, что обещал матери: стал успешным архитектором и теперь работал в Питере, а в этот крупный областной центр приехал как в провинцию. Короче, успешных мужчин не обзывают козлами неизвестные медички на весь кинотеатр, пусть и не питерский.

«Что уж ты там мне пела? Муж у тебя, говоришь, на втором этаже работает? А не заглянуть ли мне к нему, а? Что ты на это скажешь?» – продолжал он внутреннюю полемику с отсутствующей Ольгой.

«Уф, как надоело уже, надо спать, завтра рано вставать. Вот ведь ведьма!» – проклинал Саша виновницу своей бессонницы, глядя на циферблат на телефоне, который бесстрастно показывал «2.30».

7.

Уже битый час Татьяна стояла перед зеркалом и пыталась сотворить на своей голове «хорошо продуманную небрежность», как учили модные сайты.

– Ты на работу собираешься или на свидание? – пошутила мать. Она, как обычно, чувствовала дочь на самом глубинном уровне.

– Ой, мам, ну хватит. – Татьяна отмахнулась, но от зеркала отошла, чтобы Елена Степановна не стала копать глубже.

Она поспешно схватила сумку, обулась и вылетела из дома, словно в спину дул сильный ветер.

Татьяна, как и Саша, не могла уснуть всю ночь. «Он такой красивый, подтянутый, модный, обходительный», – перечисляла она в уме достоинства архитектора, почти назначившего ей свидание.

«А вдруг он не напишет? – У нее похолодели руки. – Нет-нет- нет, не может быть».

В ее голове зазвучал голос, очень похожий на голос матери: «Конечно, не напишет. Он ведь к Ольге шел, а ты, как всегда, чужие крошки клюешь, как воровка, подобрала с пола визитку».

– Девушка, вы чего? – из забытья Татьяну вывел голос мужчины в автобусе.