Слепая любовь

– Да как ты смеешь трогать моего отца! Да ты наглый, бессердечный… – она замолчала, не в силах больше произнести ни слова. Словно какой-то комок встал у неё поперёк горла. Девушке вдруг показалось, что она задыхается и, не владея собой, Виктория выбежала на улицу.

Здесь в разговор вмешался глава семейства, всё это время с любопытством наблюдавший за молодыми:

– Ты сейчас же догонишь её и извинишься, – строго посмотрел он на Антона.

– Даже и не подумаю, – отрезал тот.

Отец покраснел и немного привстал, намереваясь подойти к сыну, но мать удержала его, умоляюще взглянув на младшего.

Виктория уже подходила к своему автомобилю, когда её окликнул Кевин.

– Подожди, Виктория!

Она остановилась.

– Прошу тебя, не обижайся на моего брата, – принялся умолять Кевин. – Я его и сам с трудом переношу. Отец тоже сожалеет и просит тебя вернуться.

– Нет, нет, – отрицательно покачала головой Виктория, – я не желаю больше выслушивать оскорбления.

– Извини, Виктория, – Кевин выглядел очень расстроенным.

– Тебе не за что извиняться. Ты же не можешь отвечать за поведение своего братца.

– Тогда, может, вернёшься? Отец очень обрадуется.

– Как-нибудь в другой раз. Извинись за меня перед твоим отцом.

– Но когда мы теперь увидимся? – Кевин умоляюще посмотрел на Викторию.

– Я не знаю, давай созвонимся, – нетерпеливо кинула она, садясь в отполированный до блеска «Фольксваген».

Словно сумасшедшая, мчалась Виктория по шоссе, ругаясь про себя всю дорогу: «Как он смел так со мной разговаривать? Да кем он вообще себя возомнил!» Девушка просто кипела от злости и негодования, и эти чувства не утихли даже тогда, когда она подъехала к своему дому – старинному, прекрасно отреставрированному особняку. Главной ценностью усадьбы был огромный сад, усыпанный цветами самых различных сортов, переливающихся всеми цветами радуги.

Всегда, когда Виктории было плохо, она гуляла здесь, вдыхала аромат любимых цветов, и ей сразу же становилось легче. Но сегодня девушка прошла через сад, даже не взглянув на своих любимцев. С размахом открыв входную дверь, Виктория бегом поднялась в свою комнату.