Слепая любовь

– Я все эти года скрывала правду, так как не видела никакого смысла говорить тебе ее. Я ведь всё равно не знала, где он.

– Ну, тебе не за что просить прощения, – постаралась успокоить мать Мария. – Ты не виновата в том, что он нас бросил.

– Он не бросал тебя, он вообще не знал о твоём существовании.

– Но как это возможно?.. – ошеломлённо смотрела на мать Мария.

– Да… как это возможно?.. – также ошеломлённо повторила вопрос Виктория.

Александра растерянно посмотрела на дочерей:

– Это долго рассказывать.

– Хорошо, мамочка, – ласково ответила Мария, положив свою руку на мамину, – не будем сейчас. Но ты нам обязательно всё расскажешь.

– Обязательно, милые мои. Я так счастлива сегодня!

– Я тоже счастлива, что у меня есть сестра, – радостно произнесла Мария. – Она оказалась такой замечательной! – она тепло посмотрела на Викторию.

– Не такая я уж и хорошая…

– О нет! Ты очень хорошая! Такая простая и добрая!

Мария казалась такой добродушной, что Виктории захотелось подойти и обнять сестру.

В это время с заказом вернулась официантка. Викторию поразило то, как та удерживала в руках сразу пять тарелок, которые она затем очень быстро и профессионально расставила на столе.

– Ну наконец-то! – довольно произнесла Мария.

– Спасибо, – поблагодарила официантку Александра.

– А можно ещё шампанского? – как-то по-детски спросила Виктория.

– Сейчас будет, – улыбнулась официантка, и через пять минут на столе стояли полные бокалы.

– Хочу произнести ещё один тост, – возбуждённо сказала Виктория. – Я невероятно рада, что у меня теперь есть мама и родная сестра. Я желаю, чтобы вы знали – ближе вас у меня нет никого на свете. Очень надеюсь, что и вы мне рады, и от всего сердца желаю, чтобы мы не расставались.

– За наш неразрывный союз! – поддержала сестру Мария, видя, что та вот-вот расплачется.

– О… мои милые девочки! За вас! – даже не пытаясь сдерживать слёзы, произнесла Александра, выпив шампанское.

Постепенно расслабившись и успокоившись, они уже совсем непринуждённо разговаривали друг с другом, смеялись, шутили… Словно и не было этих злосчастных восемнадцати лет, разлучавших их.

– Ах… – удивилась Александра, взглянув на часы, – уже двенадцать часов.