Шаг в неизвестность

Лидия держалась из последних сил, и кто знает, что бы она, в конце концов, с собой сделала, если бы не Эмма. Женщина понимала, что нужна своей дочери, что без неё девочка погибнет, что нужно крепиться… Но сердце не слушалось. Душевная боль затмевала разум, и Лидии начало казаться, что она сходит с ума.

Тогда женщина встала на колени и начала отчаянно молиться:

– Господи! Я потеряла сразу двоих детей. От меня ушёл муж. Я осталась одна без поддержки. Но Господи, не забирай у меня разум. Ведь у меня есть ещё один ребёнок.

Она не знала, сколько так простояла на голом полу, сколько времени проплакала, моля Бога о помощи, время словно застыло для неё, и всё вокруг потеряло всякий смысл. Но когда Лидия вдруг очнулась от того, что к ней кто-то прикоснулся, когда она затуманенными от слёз глазами посмотрела на маленькое худенькое существо, обратившееся к ней слабым голоском: «Мама», она вдруг почувствовала, что словно волна энергии к жизни прошла по её телу, и тогда женщина, крепко прижав к себе дочь, прошептала с уверенностью, удивившую её саму:

– Всё будет хорошо, Эмма.

Тогда прошло много времени, пока она оправилась и снова с надеждой взглянула на жизнь. И вот теперь новые испытания. Впереди снова темнота…

Лидия сильнее обняла худенькое тельце спящей дочери и с ужасом взглянула на две небольшие сумки, стоявшие у её ног:

– Это всё, что у нас есть. Как же мы будем жить?.. – потерянно произнесла она, почувствовав ужасную усталость.

Она решила сесть на эти баулы, так как ноги совсем было онемели, как вдруг толпа окружавших её людей зашевелилась и ринулась вперёд. Женщину толкали со всех сторон, и она еле сумела удержаться на месте, прижимая ногами свой багаж. Эмма, проснувшись от поднявшегося шума, захныкала, испуганно оглядываясь по сторонам.

– Не плачь, доченька, – засуетилась Лидия, – давай, перебирайся мне на спину и держись крепко-крепко.

Девочка проворно выполнила указание матери, цепко обхватив её за шею маленькими ручонками.

– Только держись посильнее, смотри, сейчас никак нельзя теряться, – строго наказала Лидия и, ухватив весьма тяжелые сумки, пошла за потоком людей.

Вскоре она оказалась у одного из вагонов товарняка.

– Давай, залезай, – скомандовал какой-то мужчина грубым недоброжелательным голосом, закинув её имущество в вагон.

Убедившись, что Эмма держится крепко, Лидия с подозрением взглянула на три ржавых ступеньки.