Чунтэ – хранитель джунглей

 – Так этот камень имеет некое духовное значение?

Фаго, будучи человеком вдумчивым и понятливым по отношению к «непосвященным», отложил шлифовальный инструмент и сдержанно кашлянул.

– Перуанская культура резьбы по камню, – начал он, – восходит к эпохе, предшествующей империи инков. Это была великая цивилизация, не захватившая ни единого участка земли войной и насилием. Их культура повлияла на развитие почти всего современного Перу.

– Ага, я слышала об этом и даже видела их уникальные циклопические строения.

Фаго согласно кивнул, сделал паузу и, благоговейно положив ладонь на свой камень, продолжал.

– Они строили храмы из камня и возводили стелы с тайными письменами[4 - Совр. название Чавин, север Перу]. Никто не знает, откуда они пришли и как исчезли, но именно они стали началом перуанского шаманизма.

– А что это такое… «оно»? – опустила я глаза на изображение.

– Образ духа, – кротко произнес Фаго и вдруг улыбнулся. – Надеюсь, вы понимаете, что мы верим не только в нынешних, христианских духов, но и в древних?

– Языческих демонов?

– Очень смешно! – юноша по-ребячески рассмеялся.

 – Но если вы желаете чему-то научиться, не давайте имен тому, о чем вы никакого понятия не имеете, ибо они как были пустой этикеткой, так пустой этикеткой и останутся.

Мягкие и в то же время жесткие слова остепенили меня. Фаго продолжал:

– Христианские миссионеры, увидев алтари индейцев со статуэтками тотемных животных и изображениями странных существ, принялись разрушать их, даже не попытавшись понять, что именно они означали.

Они объявили нас идолопоклонниками и придали огню наших учителей, а с ними – знание… Христиане молятся и просят о милостях у стоп своих святых. Мы изучаем элементы природы и силы вселенной, а не поклоняемся им.

Я спорить не стала. Подобные вспышки горечи по отношению к христианству я видела часто и научилась уважать память аборигенов. К тому же в Советском Союзе молодежь давно отказалась от «божественного лидерства».

– Хорошо, – ответила я, принимая вид сосредоточенного внимания, – тогда будь так любезен, объясни мне, что это изображение символизирует?

Фаго выпрямился, но голос смягчил.

– Это называется Хампи Камайок, или Тот, кто несет знания о медицине.

«Ага, как в древности Асклепий», – пронеслось в моей голове, но тут же исчезло. Действительно, чтобы воспринимать что-либо новое, разум должен быть… пуст. Иначе можно стать подобной тем, кто смотрит на мир через призму своих собственных ярлыков.