Звучащий, как неизбежность, Его голос

При этом белье вовсе не было исключительно прозрачным и кружевным, здесь имелись и вполне практичные хлопковые комплекты. Создавалось впечатление, что тот, кто заполнял этот комод, примерно имел представление о моем росте и комплекции, но не знал моих предпочтений.

Следующий ящик вмещал носки, колготки разной плотности и шерстяные следки, на подобии тех, что мне выдали в коридоре. Два левых ящика пустовали. Спасибо, парни, что оставили мне какой-то вариант для маневров.

Интересно, а что у нас в шкафу?

Шкаф так же оказался заполнен вещами.

Без десяти восемь за дверью демонстративно покашляли.

– Да?

Вошел Глеб. На его безразмерной толстовке все еще был приколот значок, на котором значилось, что он Глеб.

– Можно? – спросил он.

– Не думаю, что вопрос уместен.

Глеб зашел, прикрыл за собой дверь, прошел в комнату и сел в кресло напротив меня.

– Напрасно вы так… – упрекнул он.

– Проехали.

– Вам, наверное, неловко, целый дом незнакомцев?..

– Заметно, да?

– Вы не переживайте. Вам ничего не угрожает. Халивак Тарнай явно дал понять, что вы – наша гостья, даже не просто гостья, а очень-очень важная для него особа. Мы все будем стараться, чтобы вам угодить.

– Да неужели? – усмехнулась я, вспомнив Антона. Видимо, для каждого из них были чуть-чуть разные инструкции относительно меня. – А если бы господин что-то другое приказал, как бы оно завертелось?

Глеб немного смутился.

– Пока Его нет, – проговорил он, – может, вы о чем-то хотите поговорить?

– Пожалуй. Как ты оказался в этой компании?

Глеб чуть задумался, словно вспоминая.

– Было предложение от Господина. Он искал, подбирал команду людей… мужчин, чтобы сыграть в одну игру. Да, понятие «игра» больше подходит, хотя Артем сказал «проект». А Антон назвал это все авантюрой, шуткой.

Парень посмотрел на меня, словно пытаясь понять, какое из этих определений более точное с моей точки зрения. Я молчала.

– Господин предупредил, что вы – не его поклонница.

– Какой он… предупредительный.

Не уверена, что он услышал этот ответ.

Как изменилось его лицо… Опустился подбородок, взгляд исподлобья, кривая ухмылка расползлась по физиономии.

– Привет, непокорная! – заявил Халивак Тарнай чуть сипловатым голосом.