Звучащий, как неизбежность, Его голос

– Сочувствую… А что за «нормальная» профессия?

– Я архитектор.

– Хороший?

Иван чуть улыбнулся. Действительно, как ответить на такой вопрос?

– Усердный больше. Впрочем, суди сама: это – мой проект.

Он обвел взглядом стены вокруг.

– Дом?! – воскликнула я. – Этот дом ты придумал? Вот прямо от ступенек до крыши? И планировка? И окна? И веранда?!

Он рассмеялся.

– Ваня, но это же великолепно!

– Чувствуется, что ты не специалист, – заметил он. – Но, все равно, спасибо.

– Может, я и не специалист, но здесь удобно, и я вижу, как все продумано! И ванна шикарная, и балкон, и окно! Такое огромное окно!

– Заметь: без решеток, – пошутил Иван.

Как пощечину отвесил. Эта фраза заставила меня вспомнить, где я и почему я здесь. Он увидел мою реакцию.

– Извини. Не хотел задеть.

– Ничего. Ты прав: на окнах действительно нет решеток. За это – отдельное спасибо. Наверное.

Иван долил мне сок, подвинул стакан.

– Это не плен.

– А что тогда? Я вчера несколько версий слышала, поведай свою.

– Воспринимай это… как рекламную акцию. В самом деле, у нас у всех, фактически, одна цель: показать тебе великолепие Халивака Тарная.

– Ну, это вряд ли.

Иван вздохнул. Перевел разговор на другую тему.

– Глеб тебя к общему чату подключит. Не удивляйся. И звук не отключай, мы не много болтаем.

– Ладно. А откуда у вас мой номер?

Иван улыбнулся, не ответил на этот глупый вопрос, забрал у меня пустую тарелку.

– Провести тебе экскурсию? – спросил он.

– Экскурсию?

– По дому? Пойдем.

И мы пошли.

Иван провел меня по коридору к двери, за которой обнаружилась лесенка вниз, на цокольный этаж. Именно цокольный, это не был подвал.

– Сюда, – открыл он первую дверь. – Здесь прачечная.

Небольшая техническая комнатка с вентиляцией и узким горизонтальным окошком почти под потолком.

Вдоль одной из стен – три стиральных машинки, сушильная камера и несколько тазов. Стеллаж до самого потолка был уставлен банками и коробками с порошками, отбеливателями и прочей бытовой химией.

Огромные корзины стояли вдоль второй стены и были подписаны: «Постельное», «Носки», «Светлое», «Цветное», «Джинсы», «Шерсть», «Сортировка». И отдельно стояла корзина с надписью «Артем».

Иван увидел направление моего взгляда.

– Да, у него одежда постоянно то в машинном масле, то в мазуте каком-то. Решили – так будет проще. Пойдем дальше.

Мы покинули прачечную. Следующая дверь вела в тренажерный зал.