Исправленному верить

Никодима отошла от него на пару шагов, села прямо на стол, и скрестила на груди руки.

– Что, лохматый, – произнесла она с усмешкой. – Пытаешься сохранить достоинство? Столько веков непобеждаемый хищник, и вдруг – такая промашка.

– Оставь брата, – хрипло попросил он.

– Так ведь это не я за ним бегаю, – заверила она. – Но после сегодняшнего э-э… ужина, если это вообще можно назвать ужином, я, пожалуй, даже заинтригована: как это Олеф остался вполне порядочным созданием, имея подобную семейку? Следует разобраться в этом вопросе, тебе не кажется?

Одон молчал.

– И вот ладно бы ты о его счастье волновался. Но – нет! Волнуешься ты о своей… даже не жизни, о своей «чести», о своем имидже, как теперь говорят. Нравится тебе быть сильнее всех. Такой главный главнюк! Синдром вожака прайда. И гаденько это, Одон, гаденько! Ты там, когда очухаешься, не вздумай вендетту организовывать – мстить не получится. Хотя я бы на это посмотрела!

Вампир быстро взглянул на нее, и стало понятно, что именно об этом он и думал.

– Я подскажу, – продолжала Никодима. – Тебе сейчас выгодно прикинуть, как со мной задружиться. Ибо индуал в семействе вампиров – сильный козырь. Но дабы сей маневр удался, тебе надо что-то мне предложить. Вот я пока ума не приложу – что! Но ты там, на досуге, пораскинь гипофизом, вдруг да придумаешь, а?

Одон молчал, внутри его кипела ярость. Эта странная гостья, которую он сам пригласил в свой дом, не только понимала все его намерения и мотивации. Она словно формировала его будущие мысли и поступки, словно искушала «подумать в другую сторону», чтобы это ни означало.

Вы говорите, счастье, когда тебя понимают? Серьезно? А что, если накопилось столько в душе мерзости и проигрышей самому себе, что чье-то понимание – это наказание. И носишь маску за маской. И думаешь, что защищен от этого ненавистного «понимания».

– Ладно, что ж, – Никодима спрыгнула со стола. – Пора и честь знать! Загостилась. Ни беседы нормальной, ни еды – никакого толку от вечера.

И Никодима покинула замок.

История и на этом могла бы закончиться и быть уже вполне интересной. Но тут случилось следующее.

Часть 7. И снова «здрасте»

– Как прошло свидание? – поинтересовалась соседка, едва Никодима закрыла за собой дверь.