Проклятие ведьмы

– Мама! – слабым голосом позвала я, не в силах двинуться дальше. Естественно, она не слышала, – Ма! – сделав усилие, позвала я погромче.

Мама вышла из кухни, держа в руках вафельное полотенце.

– Что случилось, Олеся? – мой вид её явно напугал.

– Живот… – я сильно поморщилась, – Болит сильно!

Мама бросилась ко мне.

– Давай ложись, – вернув меня в постель, сказала она, – Сейчас таблетку принесу.

Очень скоро, мама вернулась.

– На, выпей, – я взяла из рук мамы жёлтую таблетку и стакан воды и тут же проглотила лекарство.

– Через минут десять подействует, – пообещала мамуля, гладя мои волосы.

Прошло полчаса, но чуда не случилось. Я по-прежнему корчилась от боли. Мама не на шутку перепугалась. Бросив все дела, помчалась к местному фельдшеру. Высокий, худощавый с огненно-рыжими волосами и такой же бородкой, фельдшер по фамилии Никулин, был доставлен незамедлительно. Осмотрев меня внимательно и задав несколько наводящих вопросов, доктор озадаченно почесал свою бородку.

– Ничего не понимаю! – ему было неловко, и он потянулся к своему саквояжу, – Поставим пока укольчик! Если не поможет, придется скорую с района вызывать.

Пока он набирал в шприц лекарство, я заметила, его нервозность и это напугало меня ещё больше.

– Мама, что со мной? – было очень страшно.

Мама, видя мои страдания, тоже плакала.

– Сейчас станет легче! Укол поможет тебе! – она с надеждой смотрела на Никулина.

– Ну вот, – доктор повернулся ко мне, – Давай, малышка, повернись на животик.

Я поморщилась, но желание избавиться от боли, было сильным. Повернувшись на бочок, подставила правую ягодицу для инъекции. Укол оказался болючий, но я стойко стерпела.

Прошло ещё полчаса, но долгожданного облегчения не последовало. Меня словно рвало изнутри, даже зрачки глаз покраснели от напряжения и слёз. Мама, видя мои страдания, страдала сама.

– Доктор, помогите ей, пожалуйста! – снова просила она Никулина.

– Но я сделал всё, что мог. Это самое сильное обезболивающее средство, какое существует в медицине, – он бессильно развел руками, – Ничего не понимаю! Почему ей не помогает оно!

– Господи, Боже! – мама рыдала в голос со мной.

В этот момент в доме послышались шаркающие шаги бабушки. Она торопливо передвигала тонкими ножками, явно направляясь в мою комнату. Войдя, бабуля поправила очки и увидев представшую перед ней картину, воздела руки к небу.