Призрак из прошлого (Моя темная половина). Часть 3

По словам Энрике там было на что посмотреть – Френсис, кроме поиска ведьм, никогда не упускал случая поохотиться и по-настоящему, а потом делал чучела из всех своих трофеев, и ими были увешаны все стены. Особенно много среди них было голов вепрей, убивать их у охотника получалось лучше всего.

Сейчас Энрике видел, что девушку что-то беспокоит, но он не решался спросить ее об этом. Когда они сидели возле камина, Аманда тихо молчала, прижавшись к Энрике спиной, и согревшись в его объятиях. Энрике тоже не хотел ни о чем говорить, сейчас он думал о предстоящей казни.

Завтра ему снова придется провести ночь в ратуше, как он делал всегда, к этому его приучил его отец. Энрике ненавидел такие ночи и дни, но никто и никогда не узнал бы, как тяжело ему всякий раз подниматься на эшафот.

Первой затянувшееся молчание нарушила Аманда. Она пошевелилась, потому что тело уже затекло от долгого сидения на полу, и подняла голову, посмотрев на Энрике.

– Что с тобой? – тихо спросила девушка, проведя ладонью по его лицу, – что-то случилось? Это из-за меня?

– Нет, ты ни при чем…, – Энрике тяжело вздохнул, – я просто задумался.

– Я тоже…, – Аманда всхлипнула, – через два дня состоится казнь, ты слышал об этом?

Энрике мрачно кивнул, и его рука, обнимавшая Аманду, невольно сжалась в кулак.

– Слышал, – коротко ответил он, – а почему ты спросила?

– Я знаю старуху, которую сожгут, Долли…, – Аманда вытерла слезы, которые покатились по ее щекам, – она, может, и ведьма, но при этом очень добрая и хорошая.

Мне невыносима мысль о том, что она будет мучиться в огне…

Едва найдя в себе сил произнести страшные слова, Аманда всхлипнула, и повернулась к Энрике, обняв его за шею. Лицо девушки уткнулось в плечо мужчины, и тот почувствовал, что рубашка его почти сразу повлажнела от ее слез.

– Насколько известно мне, будет две ведьмы…, – проговорил Энрике, поглаживая девушку по плечу.

– Вторую я тоже видела, это еврейка, Рут, – Аманда кивнула, – ее мне тоже жаль, но ведь им уже не помочь?

Энрике ничего не ответил, лишь, молча покачал головой, глядя на потрескивающие в камине дрова.

Девушка снова замолчала, лишь на ее щеках блестели бриллианты слез.

– Но ведь есть же закон, по которому приговоренного к смерти могут помиловать? – спросила с надеждой в голосе девушка.

– Помиловать судья может только мужчину, покачал головой Энрике, – если любая женщина из присутствующих на площади согласиться выйти за него замуж. Редко, но это случается.