Призрак из прошлого (Моя темная половина). Часть 3

– Прекрати немедленно! – завопила она и повернулась к собравшимся людям, – а вы, что, смотрите? Всем интересно?

– Не лезь не в свое дело! – возница оттолкнул девушку так, что она едва не упала, – осла пожалела? Может, сама хочешь впрячься в повозку вместо него?

– А может, ты слезешь с повозки? – не унималась Аманда, – хватит на ней и одной бочки! И не смей так обращаться с осликом!

– А то что будет? – захохотал возница, – если тебе жаль этого плешивого осла, можешь купить его у меня, и жалей его тогда, сколько влезет!

– И сколько стоит этот ослик? – дрожащим голосом спросила Аманда и возница зло рассмеялся.

– Десять фунтов! – сказал он, – и осел твой!

– Десять… фунтов…? – голос девушки дрогнул, – вы в своем уме…?

– Вполне! А если денег нет, так проваливай отсюда, а то высеку вместе с этим ослом! – выпалил возница, и погрозил девушке плетью, а потом снова замахнулся ею, но Аманда не дала ему ударить ослика. Она опять подскочила к вознице и ухватилась за плеть, дернув ее к себе.

– Не бей его! – завизжала она, но возница начал вырывать плеть из рук девушки, едва не вывернув ей руку.

– Ну, я тебе сейчас покажу! – орал он, – отпусти плеть, мерзавка, а то пришибу на месте!

В этот момент к ним подбежал Энрике, растолкав собравшихся зевак. Завидев его, добрая половина любопытных зрителей тут же рванула наутек, остались лишь самые смелые. Возница не сразу понял, почему люди бросились врассыпную, и опомнился, когда Энрике, перехватив его руку, вырвал у него плеть и сломал ее на колене, а потом отшвырнул в сторону.

– Что тут происходит? – свирепым тоном процедил Энрике, и возница побелел, а его подбородок запрыгал так, что зубы мелко забарабанили.

– Он ослика бил! – всхлипнула Аманда, и обняла Энрике, который, нахмурившись, смотрел на возницу.

– И вашей жене плетью грозил, сударь! – выкрикнул из собравшейся толпы какой-то добрый горожанин.

При слове «жене» возница побелел еще больше. Он растерянно посмотрел на Аманду, потом на невольных зрителей, и на его физиономии застыло обреченное выражение.

– Это неправда! – срывающимся голосом проговорил он, и вытер пот со лба, – я заметил, что этой милой девушке понравился ослик, и хотел… хотел…

– Продать его мне за десять фунтов! – выпалила Аманда, и Энрике посмотрел сначала на нее, потом на возницу.