Призрак из прошлого (Моя темная половина). Часть 2

После случившегося лекарю понадобилось почти два месяца, чтобы вернуть к жизни Аманду, но ее, прежней, уже не было. Душа Аманды словно умерла тогда в лесу вместе с Сирилом, оставив на память о трагедии седую прядь на виске девушки, которая теперь серебрилась в ее черных волосах. Еще почти полгода девушка не разговаривала, ни единого слова не вылетало из ее плотно сжатых губ, она только смотрела в пустоту, а в глазах ее навеки застыла невыносимая боль. И лишь спустя столь долгий срок к девушке начала возвращаться жизнь, но Аманда стала совсем другой.

Для начала она наотрез отказалась учиться быть настоящей леди, манеры и уроки Салли уже были ей не нужны. Вместо этого девушка уговорила управляющего своего погибшего жениха отдать ей его жеребца, и следующие три месяца все в замке молились, чтобы баронесса не свернула себе шею в попытке объездить скакуна. То ли упрямства Аманде было не занимать, то ли жеребцу надоело бессмысленное сопротивление, но в один прекрасный день гордая Аманда выехала из конюшни верхом на Ратабаре, и галопом проскакала по двору, а потом остановила жеребца перед сидевшим на скамейке старым бароном.

– Я сделала это, отец, Ратабар теперь мой! – сказала девушка, и надвинула на глаза шляпку с пером.

Старик в ответ лишь покачал головой, его глаза, которые слезились на солнце, приняли ласковое выражение.

– Даже не знаю, стоит ли мне радоваться этому, дочь моя, – проговорил он, – я счастлив, что вам удалось приручить этого скакуна, по правде сказать, я думал, что это безнадежно, и еще больше я рад тому, что мне теперь не придется волноваться за вас! Не желаете ли похвастаться своей победой перед бароном Дерби?

Глаза Аманды метнули черное пламя, и она злобно прищурилась.

– Вы снова за свое, отец? – прошипела она, сжав в руках поводья, и жеребец, которому передалось настроение всадницы, нервно затанцевал, – я уже сказала, что ничего не желаю слышать о свадьбе, тем более с этим ничтожеством!

– Но дочь моя, вам ведь придется рано или поздно выйти замуж! – в голосе старого барона послышалась мольба, – я говорил вам, что буду умолять будущего зятя оставить одному из ваших сыновей фамилию Форестер!

– Отец, мне не нужны ни сыновья, ни дочки! – выкрикнула Аманда, – и я не желаю ничего слышать о женихах и свадьбе! А теперь простите, я продолжу прогулку!

Разговоры о замужестве были настоящей пыткой для барона Форестера.