Амнезия. Дневник потерявшего память

 – Значит, кто-то видел, как он лежал на полу, и вместо того, чтобы помочь, стащил у него телефон? Да что вообще происходит в этом лицее?

Он продолжал вопить в том же духе несколько минут. Ни Беатриса, ни я ни слова не произнесли, словно поняли: Арно нашел, на кого спустить всех собак. И я видел, что его негодование и огорчение были связаны не только с возможной кражей телефона.

Вернувшись в комнату, я собрал рюкзак для лицея и продолжил читать. «Граф Монте-Кристо» – длинная книга. Длинная, но хорошая. Даже отличная.

Особенно конец первого тома.

После четырнадцати лет заточения Эдмон Дантес наконец сбегает из темницы, из которой невозможно сбежать.

Вторник, 25 мая

7 часов утра

Смена декораций и действующих лиц.

Через час разыграется новая сцена с новыми актерами: лицей Шампольон, возвращение, сцена один. Дубль первый. Клац.

Я учусь во втором классе. Во втором «Б», если точнее. Меня охватило волнение. И возбуждение. Что же я там узнаю? Что скажут остальные, узнав о моих приключениях? Смогу ли пережить занятия? Вчера вечером, бросив мельком взгляд на ботинки, я вроде бы что-то почувствовал.

Ладно, пора идти. Арно зовет, а я уже понял, что он не любит ждать.

17 часов 50 минут

Ух! Что за день! Я только что вернулся и страшно рад, что дома никого. Беатриса ушла на работу и не вернется до семи.

Что сказать? Для начала стоит описать, что я почувствовал, оказавшись в лицее. Но это быстро: ничего.

К великому разочарованию Арно, обшарпанные школьные корпуса ничего во мне не пробудили.

Как и грязные белые стены, как и серые колонны, подпирающие крышу над крыльцом, как и огромные ворота (тоже серого цвета), как и черный асфальт, укрывающий землю, как и окошко консьержа, перетянутое прутьями, будто в тюрьме (надо ему рассказать про графа Монте-Кристо), как и выкрашенные в серо-синий цвет бетонные стены вестибюля (видимо, для гармонии)…

Как и всё вокруг. Я чувствовал себя туристом на экскурсии по королевству депрессии.

Мое возвращение происходило при довольно странных обстоятельствах, поэтому первым делом мы отправились в кабинет директора – месье Амона.

– Ну, как дела у раненого солдатика? – доброжелательно обратился он ко мне.

– Все хорошо, спасибо, – тихо ответил я.

Я находился под впечатлением. Подсознание буквально кричало о том, что я не был завсегдатаем в кабинете директора.

– Дела шли бы еще лучше, если бы он не потерял память, – поправил меня Арно с горечью в голосе.