Блог Бабы Яги – 2. Темная сторона

 – Не переживай, голодным спать не ляжешь.

– Ворлиан, а что вы можете сказать по поводу новой жизни Бальтазара? Пропали ли «достижения» прошлой, например, неспособность иметь детей? – озадачила я директора. – И он больше не моргает так странно, ну, вы знаете, – поочередно.

Ворлиан вытер губы салфеткой, раздумывая, учителя навострили уши.

– Надо проверить, – и без предупреждения выдернул с кошачьего бока клок шерсти.

– Ау-у-у! – взвыл компаньон. Сотня хмыкнул в усы, подмигнул другим учителям, Обжора хихикнул.

* * *

Пока директор с учителями колдовали над кошачьей шерстью где-то в лаборатории, мы отдыхали. Бальтазар пытался подбить друга на какие-то тренировки, впрочем, не очень активно:

– Может, пойдем разомнемся?

– Я уже, – лениво ответил Обжора, слегка приоткрыв один глаз.

– Ты лежишь брюхом кверху!

– Это йога. Поза называется «дрыхасана», попробуй.

Практиковать йогу Бальтазар не пожелал, так что мы вдвоем направились осматривать окрестности.

– Тут есть старое кладбище. Тебе должно понравиться.

– С чего это вдруг? – удивилась я, планируя в ступе следом за котом. – Я как-то не люблю кладбища.

– Да? Странно дляу проводника душ.

Окружающая обстановка совершенно не располагала к подобной теме: солнце светит, птицы поют, кузнечики стрекочут, бабочки порхают. Толстый мохнатый шмель на полной скорости врезался мне в лоб.

Кладбище случилось как-то неожиданно. Вот было поле, а вот я понимаю, что под ступой – остатки надгробий и чем дальше, тем их больше. Никакой ограды, обозначающей границы территории, и в помине не было, какой-либо симметрии и порядка также не наблюдалось. Захоронения располагались хаотично. Сбавила скорость, кот тоже угомонился и тихонько ступал своими лапищами по зеленой сочной траве. Чтобы разобрать имена, надо потрудиться: на выщербленных ветрами и дождями камнях едва заметны какие-то надписи, да и те скрыты мхом.

Кое-где торчали одиночные деревья, похожие на выживших в неком катаклизме. Почти мертвые, со скудными листьями, отвалившейся местами корой и горбами-наростами на стволах. На ветвях, ссутулившись, притаились вороны. Здесь не порхали бабочки, не стрекотали кузнечики и даже воронье не каркало. Тишина.