Соль змеи

Отчего-то казалось – это не просто орнаменты; неизвестный ткач словно оставил некое послание, которое спрятал от глаз непосвященных, но если долго изучать, стараясь постичь задумку мастера, то тайный смысл станет явным, и можно будет проникнуть в суть вещей и тайны вселенной.

Хотя, скорее всего, это просто завитушки безо всякого смысла.

– Досточтимый Руби, я, того-этого, как его, все правильно сделал? – густой бас детины отвлек меня от изучения вражеской ставки.

– Кажется, да, – ответил досточтимый, закрывая папку.

Детина потупился.

– Я задал вопрос, – в голосе Руби послышался металл.

– Того-этого, как его, – забубнил детина.

– Вижу, не нравится, – сказал досточтимый. – Сам понимаешь, теперь в случае провала в наказание придется отнять то единственное, чем ты владеешь.

– Угу.

– Рад, что осознаешь. Следи за ней, как не следил за своим аидр-мулом. Отведи ей комнату, потом ее в комнату отведи, покажи инвентарь и объясни обязанности.

– Эй! – закричала я. – Того-этого, как его! А меня кто-нибудь спрашивал, хочу я здесь остаться или нет?

– Нет, – хором ответила парочка, а детина добавил: – Того этого, как его.

Хозяин спросил:

– А зачем?

– То есть как – зачем? Вы, как я понимаю, меня похитили. Это нарушение прав человека.

Досточтимый Руби поморщился, словно ему приходилось объяснять элементарные вещи:

– Это – нет. Женщина – не человек.

Я возмутилась:

– Как не человек? А кто же?

Порывисто шагнула к столу. Лицо Руби побагровело.

– Пошла вон с ковра! – рявкнул он. – Стой, где стоишь и не шевелись!

Я отшатнулась. Чего это он? Ну хорошо, отойду.

– Послушай, Кари, – Руби сдвинул брови и поиграл желваками, – почему я должен это терпеть? Бери ее и вон отсюда! Быстро!

Кари ухватил меня за руку и потянул к двери.

– Не-е-ет, – упиралась я. – Скажите, зачем меня похитили. У вас тут что, подпольный бордель? Вы проводите опыты над женщинами? Расчленяете на органы?

Тут я осеклась.

А вдруг и правда расчленяют? Или опыты проводят? Или бордель? Стало слегка нехорошо. Свободной рукой я поправила сумку, соскользнувшую с плеча, попыталась пнуть Кари под коленку и вырваться. Кари увернулся. Руки не выпустил. У-у-у, бугай здоровый!

– Досточтимый, – сказал он тихо, с опаской косясь на меня, – а вдруг она блажная?

– Сам блажной, – огрызнулась я. – Ладно, спрошу по-другому.