Соль змеи

Зато хихиканье стало громче и, по мере удаления от каморки, становилось все наглее и звонче. Разозлилась и я. Бросилась вслед насмешникам. Они же удирали со всех ног, и поймать хотя бы одного, казалось, не представляется возможным. Ну, тогда хотя бы напугаю. Я свистнула вслед беглецам. Они действительно испугались, припустившись еще быстрее. Один даже оглянулся. И, конечно, потерял равновесие и упал. Те, что секундой ранее обошли друга на полкорпуса, теперь и вовсе закрепили свое превосходство, дунув что было сил и, наконец, исчезли в лабиринте коридоров.

Лежавший тихонько поскуливал. Когда я склонилась над ним и, ухватив за ворот рубахи, грубо встряхнула, и вовсе заскулил:

– Ты чего… Порвала одежку… Я тебя трогал, что ли… Как мне теперь ходить?

И точно – рубаха треснула по плечевому шву. Подумаешь, красна девица.

– Так сходи переоденься, – посоветовала я, начиная проникаться к невысокому щуплому человечку, коим оказался упавший насмешник, искренним сочувствием. – А если кто над тобой посмеяться вздумает…

Я погрозила пальцем в глубину коридора.

Оттуда сдавленно пискнуло. То-то же.

– Не во что переодеться, – всхлипнут человечек. – У нас, хоозов, только по одной рубахе. Больше не положено.

У хоозов? Знакомое словечко. Но кто они такие? Поди, те, кто хозяйством занимается.

– Ну так возьми иголку с нитками да зашей, – миролюбиво предложила я. У меня вообще на каждую проблему было как минимум три варианта решения. Как минимум! Помнится, однажды я выдала что-то около двадцати.

Но неужели, чтобы починить рубаху, надо так напрягаться и страдать?

Снова всхлип:

– Нам не нельзя иметь ни иголки, ни нитки.

– Почему?!

– Потому что мы не искусственники.

Наверное, я должна была понять связь между искусственниками и наличием причиндалов для шитья. Но честное слово, не поняла.

– Ладно, – сказала я со вздохом, – вставай и пошли в мою каморку. Посмотрю, может, в сумке есть тревожный чемоданчик практикующей портнихи.

Вообще, я привыкла жить по принципу «Omnia mea mecum porto».

Мало ли что пригодится на ночном дежурстве. Не бегать же в поисках ножниц или крема для рук по всему отделению. Медсестры по ночам предпочитают спать или… тоже спать, но с врачами. И те, и другие почему-то очень сердятся, когда их беспокоят.

Человечек попытался подняться, но охнул и завалился обратно.

– Что еще? – раздраженно спросила я.

– Нога, – простонал тот. – Посижу немного, может, пройдет. Сделай стульчик.