Сказки темного города. Триплет

Да, мы поссорились сильно, но убивать ее…я бы никогда и волоска на ее голове не тронул. В ее отношении ко мне и к Виктории виноват я сам. То, что она меня ненавидела в последние три года нашей совместной жизни, больно ранило меня. Но я понимал ее. Любая бы на ее месте возненавидела меня, – сделав отрывистый вдох, будто пытаясь совладать с горем, проговорил он и я поняла, что он перенес что-то такое, что даже словом «трагедия» назвать можно было с натягом.

– А люди, которые живут здесь, ты же им внушил что-то?

– Да, – спустя минуту молчания нехотя ответил мужчина, отодвинув от себя тарелку и вставая из-за стола.

– Но ты же говорил, что не пользуешься такой силой твоего жнеца.

– Иногда пользуюсь. Людей не так просто заставить делать то, что тебе нужно. Особенно, когда нужно, чтобы они никуда не уезжали и ничего не рассказывали. Не убивать же их за то, что я вынужден жить такой жизнью.

– А почему мне не внушил ничего? Это же легко, как я понимаю.

– А ты бы хотела, чтобы с тобой рядом был человек только из-за того, что ему навязли что-то?

– Нет, – согласилась я.

– Вот и я не хочу. Ты мне нравишься, искренне нравишься. Хочу, чтобы так же искренне и я тебе нравился. Все остальное – это безысходность.

– Но я ведь тоже здесь от безысходности.

– Твоя безысходность заключается только в пачке бумажек, которые лежат у меня в столе. Чувства твои свободны. Ты вольна любить или ненавидеть меня. А там жизнь покажет, – закурив сигару он встал и подошел к окну, вглядываясь куда-то далеко, в кромешную тьму.

Я почему-то только сейчас начала понимать, насколько было ему тяжело. Подойдя к окну, я присела рядом с ним на подоконник.

– Джастин, может задам странный вопрос. Но с твоим жнецом можно говорить, я даже не знаю, как это правильно сказать, общаться как-то?

Он посмотрел на меня сверху вниз в удивлении подняв бровь.

– Зачем общаться с ним?

– Мне интересно. Чтобы понимать, что оно такое. Нужно же искать выход какой-то.

– Нет, выхода нет, Алиса.

– А я думаю есть. Просто что-то все упускают. Ты говорил, что дед вел записи какие-то. Мне можно будет их посмотреть?

– Да смотри, если тебе хочется. Но там ничего существенного нет.

– Все равно я посмотрю. Но ты мне так и не ответил. Можно с ним говорить?

– Можно, только в день луны. Но ты этого делать не будешь. Я не дам.

– Почему?

– Елизавета хотела помочь тоже, но произошло непоправимое. Я не хочу, чтобы с тобой стало то же самое.