Сказки темного города. Паутина 2. Мертвый волк

Занятное зрелище, Ралиса, – обратился к владелице заведения. – Сколько стоит, чтобы девка из прислуги обслуживала столик в обнаженном виде?

– Двадцать золотых, – осторожно ответила она.

– Заплачу сто. Пусть обслуживает сегодня она, – перевел на меня спокойный убийственный взгляд. – За оскорбление надо платить, малышка, а песня как раз этим и была. Стаскивай свою одежду и иди к моему столу. Будешь прислуживать в чем мать родила.

– Ч…что? – воскликнула я, в ужасе посмотрев на мадам Ралису.

– Марисанта, тише, – строго оборвала меня она.

– Да черта с два! – прошипела я.

– Давай, крошка, раздевайся, – послышался смешок какого-то из мужчин. – Самар платит за зрелище баснословную сумму. Десять процентов твои. Здесь за месяц никто из девок ртом не зарабатывает столько, а тут за простое обслуживание и вдруг целое состояние.

– Марисанта, ты помнишь, о чем мы с тобой говорили? – строго рыкнула мадам Ралиса, едва только я открыла было рот, чтобы возмутиться.

– Нет, – затрясла я головой.

– Я сказал, раздевайся и к моему столику. Живо! – рыкнул он.

– Лис, Фэнт, стащите с нее одежду, – уже недовольно бросила мадам Ралиса двум охранникам, которые с интересом наблюдали за происходящим. – Этого еще не хватало. Чтобы ты здесь мне весь порядок нарушила! – она первой взялась за завязку на плече моего платья.

– Не трогайте меня, – процедила я сквозь зубы, оттолкнув ее от себя, но в этот момент охранники схватили меня за руки, лишив всякой возможности сопротивляться.

Мадам Ралиса подошла ко мне и проговорила тихо:

– Это всего лишь нагота. Никто тебя не тронет. Успокойся.

Какое там. По моим щекам просто рекой потекли слезы, когда она потянула за шнуровку на моей груди. Еще секунда и красивое одеяние сползло бы на пол, но в этот момент прозвучало суровое:

– Достаточно.

Я непонимающе посмотрела на мужчину, давясь слезами. Мадам Ралиса сразу в недоумении убрала от меня руки.

Мужчина же подошел ко мне и проговорил недовольным тоном:

– Здесь нет договоренностей, девочка. Ралиса за деньги кожу с тебя живьем снимет. В этом месте просто музицировать, петь или прислуживать ты будешь до тех пор, пока кто-то не заплатит за тебя столько, что тебя без лишних вопросов привяжут к кровати и отдадут на растерзание.