Настя

Сейчас он мне тоже нравился, но я, уже пресыщенный множеством виденных вариантов, про себя размышлял, что я заменю и улучшу при строительстве своего дома, взяв за основу их особняк.

Несмотря на свои мысли обратил внимание на то, что Макс хоть и пытается вести себя гостеприимно и непринуждённо, но чем- то сильно удручен. Если проблемы касаются бизнеса, то возможно я смогу помочь. Поэтому, плюнув на свой принцип не лезть никогда и никому в душу, решил начать с ним разговор, едва Алиса ушла переодеваться, и мы остались наедине.

– Макс, у тебя проблемы? Могу я чем-то тебе помочь?

Макс вяло улыбнулся.

– Неужели это так очевидно? – несмотря на непринужденный тон, на его лице проступило отчаяние.

– Нет, – попытался успокоить мужчину. – Но ты же знаешь меня с детства. То, что не видно другим, я замечу.

– Ну, да, Толь. Слава о твоих финансовых подвигах и до нас долетела.

– Неужели только о них?– поддержал разговор ни о чём. Очевидно, Максу необходимо время, чтобы перейти к волнующей его проблеме.

Самойлов невесело рассмеялся.

– Да, от скромности ты не умрешь. Конечно, и о твоей череде девушек, если ты об этом. Причём утверждают, что у тебя каждый день новая. И о твоих поединках. Весь финансовый мир трепещет от страха, что когда – нибудь твои гениальные мозги тебе всё- таки отшибут.

Со смехом оправдался:

– Ну, насчет девушек безбожно врут. Даже меня на новую ежедневно не хватит.

– И все – таки я, как брат, искренне радуюсь, вспоминая слова твоей мамы о том, что Алиска никогда не станет твоей женой.

И тут Макс снова потух.

– Что-то с Алисой? – моя интуиция вопила о том, что я, к величайшему своему сожалению, не ошибаюсь.

– Макс, я всё – таки не чужой вам человек. У меня есть немалые связи и деньги. Вдруг я могу чем- то помочь?

– Нет, Толь, не сможешь. Никто не может. Алиска у нас умирает. У неё начались приступы эпилепсии, но это только вершина айсберга. Стало сдавать сердце, последние анализы показали ещё и серьёзные изменения в крови.

Макс замолчал и прикрыл глаза, в которых стояли слёзы. Он с самого рождения Алиски любил и боготворил сестру, шёл навстречу её желаниям и капризам. Для него это полный крах.

Меня тоже проняло. Второй близкий мне человек умирает, и я опять не смогу ничего сделать? Чёрта с два, мне уже далеко не одиннадцать, у меня есть деньги, правда их достаточно и у Самойловых, но у меня есть ещё и связи. Очень много людей обязано мне.