Исчезнувший мир. Спасти дом

– Тогда я воспользуюсь твой покорностью и спрошу, – не спешил я ослаблять захват. – Когда мы уже приступим к действиям, вместо того чтобы терять время в этом укромном местечке? Я не жалуюсь – здесь здорово и спокойно, хоть и немного скучновато, но кто-то заикался том, что мы не будем сидеть сложа руки…

– Что конкретно ты хочешь сделать, Сил?

– Да что угодно! – горячо воскликнул я и, расцепив руки, позволил ей сесть, следом, усаживаясь на земле и сам. – Сонита. Я продолжаю настаивать на том, что её необходимо вытащить из лап вашего Совета.

Не скажу, что я скучаю по её надменному взгляду, который горчит в горле чувством собственного ничтожества… Но девчонка росла в одном месте со мной… А они? Что они сделают, когда поймут, что она бесполезна?

– Если уже не поняли, – тихо произнесла Нан, опуская глаза на траву. – Ты прав, – кивнула она через полминуты молчания и вновь посмотрела на меня: – Нужно попробовать. Думаю, можно прогуляться до дороги и выцепить кого-нибудь, кто расскажет о том, как обстоят дела внутри Стены.

– Другое дело! – облегчённо выдохнул я.

Бездействие доканывало, забивая голову ненужными мыслями. Мыслями не радостными и докучливыми своими противоречиями.

Правильно ли я поступил, отпустив Ви туда, где ей грозит опасность? Почему сильнее не настаивал на том, чтобы она осталась здесь? Со мной?

Потому что это было бессмысленно. Моя храбрая девочка никогда в жизни не предпочла бы собственную безопасность, когда те, кого она любит под ударом. Чувство самопожертвования в ней развито сильнее остальных.

А самое для меня убийственное – это то, что она не акцентирует внимания на своей жертве, считая, что на её месте так поступал бы каждый. Но не каждый. Далеко не каждый. Я, например, не поступил…

Предпочёл быть подальше от неё, чтобы сходить с ума от неизвестности, но не страдать от осознания, что она выбрала другого… Эгоизм? Чистой воды.

Не мог я довольствоваться дружбой, когда понял, что мой Лис может позволить себе чувства… Может позволить себе любить.

Жаль, что не меня.

Я тряхнул головой и посмотрел на задумавшуюся о своём Нан. Две недели вместе неплохо сблизили нас, и девушка, оказалась, очень проницательной. Она никогда не задавала прямых вопросов, но быстро поняла, что конкретно терзает мою душу, и перестала терзать свою, превратившись в боевого товарища и учителя, при этом став настоящим другом.

Мог бы я рассматривать её, как свою девушку? Вполне вероятно. При других обстоятельствах.