Враг моего врага. Том 2

– Не знаю ни о каких пассажирах, Пиран, – Йозеф сделал морду валенком. – Может, ты сам их придумал. У тебя же фантазия извращенная.

– Я тебе устрою сеанс связи, – сквозь зубы выговорил адмирал, зло глядя на Гржельчика.

Полминуты – и засветилось соседнее окно экрана. Взору Йозефа предстал Асхарду. Старый знакомый был подавлен.

– Асхарду, что у тебя? – осведомился Йозеф.

– Нас захватили, Грзельтик, – неохотно ответил тсетианин. – «БМ» держат под прицелом четыре гъдеанских эсминца. Стоит мне шевельнуться – и нам всем конец.

Себя не жаль, работа такая. Но пассажиры-то ни при чем, восьмерка гнутая.

Гржельчик нахмурился.

– То есть у тебя к нам просьба или еще что?

Асхарду сгорбился.

– Если я скажу, что нет, меня посадят на кол. Поэтому отвечу, что да, провалиться мне в черную дыру. Я, капитан Асхарду, – произнес он бесцветно, словно выученную речь, не принятую сердцем, – официально обращаюсь к земному командованию с просьбой принять ультиматум адмирала Гъде ради спасения ста пятидесяти мирных граждан.

– Понятно, – сухо промолвил Йозеф.

У тсетианина явно не было другого выхода. Но положение земной эскадры он осложнил, что есть, то есть. Официальное обращение не проигнорируешь. Придется связываться с Центром, гори Ен Пиран синим пламенем.

– Все уяснил, грешник? – осклабился адмирал. – Сроку тебе сутки. Если эскадра не уйдет, начнем убивать тсетиан. По одному и очень мучительно. Мне как раз пришло в голову несколько идей.

Ухмыльнувшись напоследок, он прервал связь.

Йозеф скорчил рожу вслед исчезнувшему изображению гъдеанина и бросил связисту:

– Вызывай командование.

За окном выла сирена реанимационной машины, удаляясь. Директор оторвал взгляд от кровавого пятна на асфальте рядом с корпусом общежития и, резко задернув штору, отошел от окна.

– Только этого нам и не хватало! – сказал он в сердцах.

Все было так прекрасно, как только может быть: расцвет карьеры, всеобщее уважение… И на тебе! Воспитательница рыдала, размазывая тушь и окропляя слезами телефон Гржельчиковой с прощальным сообщением.

Да, директору тоже было жаль глупую девку, все-таки тварь Божья. Но куда больше он жалел себя. Пока родители ее не забрали, не поставили свои подписи на документах – за нее отвечает интернат. Как же обидно будет слететь с теплого кресла из-за того, что какая-то отчисленная дурочка не вовремя психанула!

– Что там у нее? – отрывисто спросил он.