Стать богом

Вита бросила взгляд на экранчик и тяжко вздохнула:

– Нет, не Фая. Да что ж такое? Никто без меня и пяти минут прожить не может.

– Кто на этот раз? – не слишком заинтересованно спросил Хешшкор, продолжая ласкать ее.

– Глава Черного Круга, – Вита взяла телефон – впрочем, без всякого пиетета. – Да, Немира, я слушаю. Проблемы с компьютером? А ты знаешь, сколько сейчас времени? Мне плевать, что ты живешь в другом часовом поясе: я-то живу в этом! А ты в курсе, что я не скорая компьютерная помощь? Этим занимаются другие фирмы, – яд в ее голосе не услышал бы только глухой.

Она отключила телефон и воззвала к неизвестному собеседнику, воздев глаз в небо:

– Ну почему? Я же не программист, не сисадмин, вообще никакой не компьютерщик. Я просто не самый бестолковый юзер. Почему они все пристают со своими проблемами ко мне, а не, скажем, к своим богам?

Хешшкор хмыкнул:

– Вряд ли кто-то из бессмертных понимает в компьютерах больше, чем ты.

– Уж лучше бы появился какой-нибудь бог, к которому неразумные пользователи Черного Круга, а заодно и Белого, могли бы обращать свои молитвы! – в сердцах сказала Вита, одеваясь. – Мне бы зажилось гораздо спокойнее. Возникла бы масса свободного времени и исчезла бы вечная головная боль.

2. Юный адепт

Молодой человек легко взбежал по лестнице, рывком, по-хозяйски отворил дверь. Небрежное движение руки – и помещение осветилось мягким светом. Заплясали блики на прохладной воде, заполняющей просторный бассейн почти до краев. Прищелк пальцев – и над водой заклубился пар. Юноша скинул запыленные сапоги и пощупал воду пальцами левой ноги. Теплая, почти горячая.

Вдруг в глазах сверкнула ярость. Он сорвал с себя кожаный жилет и гневно швырнул его в стену.

Проклятье, зачем я пробовал? Я же знал, что она нагрелась! До сих пор не могу привыкнуть.

Он не выкрикнул эти слова и не пробурчал их под нос. Молодой колдун был темпераментен, но сдержан на язык. Хорошее сочетание качеств для колдуна. Он произнес их мысленно и отбросил в сторону. А потом завершил раздевание. Стройное гибкое тело, блестящее от пота, отразилось в зеркале в массивной раме на противоположной стене.