Враг моего врага. «Конец фильма»

Блин, а ребята тебя вспоминают, только хорошее… Похоронили уже.

– Меня и Криййхан похоронил, – ухмыльнулся Мрланк. – А вот им всем! – судя по жесту, достоинство капитана простиралось на добрый метр. – Слышь, Шварц, я тебя рад видеть и все такое, но что с Гржельчиком-то?

Шварц помрачнел.

– Гъдеане его достали. Да не по-честному, понимаешь, а дьявольскими штучками, – он зло сплюнул. – Вы, вампиры, в этом ни пениса не разбираетесь, просто на слово поверь. Из него почти вытянули душу, чтобы принести дьяволу в жертву.

Вот это да! Мрланк был уверен, что уж с Гржельчиком-то, жестким, как сплав Иллюера, и всегда знающим, что делать, ничего дурного случиться не может.

– Так это он – тот самый капитан, о котором сообщали, – пришибленно проговорил Мрланк. – Ах ты ж, сотня червей могильных! Жаль мужика.

– Заходи сюда, выпьем, – предложил Шварц.

Шитанн вспомнил, зачем хотел найти «Ийон Тихий».

– Да уж зайду, – обещающе протянул он. – Скажи-ка, Шварц, а экипаж у «Ийона» старый? Те, что с Гржельчиком ходили, или ты своих набрал?

Хайнрих невесело хмыкнул.

– Мой корабль – «Песец». Здесь я так, временно. Как дежурный врач: клизмы ставлю, слежу, чтоб пациенты ссали вовремя, но оперировать не буду. Какой резон мне новый экипаж набирать? Тут они все, кто был. Тебе кто-то конкретный нужен?

– Бен Райт.

– Э-э… – затормозил Шварц.

– Командир десанта, – подсказал Мрланк.

– С ними без поллитры не разберешься, – пожаловался он. – Пилотов до сих пор пересчитать не могу. Их всех зовут одинаково, прикинь! А командир десанта и впрямь майор Райт, вспомнил.

– Длинный такой, темнокожий, – уточнил Мрланк.

– Ну да!

– Отлично, – вампир чуть оскалился. – Сейчас приеду и первым делом с ним потолкую. А потом уж выпьем.

Роскошный, блистающий дворец словно вымер. Придворные, вечно фланирующие по паркету или толпящиеся на балконах, забились в углы и сидели тихо, как грызуны в разгар облавы.

Король Имит был в панике. Темная сила! Он сразу понял, о чем речь. Проклятые колдуны жили в полярных областях испокон веку, может, и до того, как на Гъде обрела господство раса, ныне считающаяся гъдеанской. Впрочем, ее господство было довольно условным.