Враг моего врага. «Ийон Тихий»

Захар наблюдал с интересом, гадая, последует ли дальнейшее разоблачение. Не последовало. Ортленна Лис осталась в высоких теплых сапогах, черных шерстяных бриджах и светло-красной обтягивающей трикотажной кофте с длинными рукавами, поверх нее – чисто декоративный долгополый жилет с единственной завязкой на талии, который мог поспорить белизной с бледным, будто фарфоровым лицом. Сумеречница. Лет тридцать, а может, сорок.

– Присаживайтесь, – он любезно указал ей на кресло.

Ортленна вновь схватила свою папку, прижала к себе и села так, словно это был электрический стул: напряженная, с прямой спиной и тревогой в глазах.

– Разрешите предложить вам горячего чаю? – он дождался короткого кивка. – И вашим людям, госпожа Ортленна? Может быть, им будет удобнее подождать в приемной? Там есть кресла и видеопроигрыватель.

– Нет, – она вздрогнула. – Пусть останутся здесь.

– Как вам угодно, госпожа Ортленна.

Гъдеанка, взятая им в горничные, бывшая секретарша Кана Телевера, тихая, как мышь, подала чай.

– Госпожа Ортленна, мне приятно ваше общество как таковое, но, может быть, вы расскажете, по какому вопросу приехали?

Она отдернула руку от чашки, к которой в очередной раз потянулась, судорожно нашарила свою папку.

– Да… конечно. Мы сдаем вам рудник и весь добытый траинит. Добровольно. Вот, – она положила папку на стол и подвинула к Захару, – это документация.

Захар достал из папки скрепленные бумаги, полистал.

– К сожалению, я не читаю на шитанн, госпожа Ортленна.

– Я переведу на хантский все, что вы пожелаете.

– Вот как… Ну, а зачем вы хотите сдать рудник?

– Чтобы вам не пришлось проливать кровь. Ни вашу, ни нашу. Мы мирные люди. Заберите все и отпустите нас домой.

Прозвучало это почти жалобно. Домой… Захар отчасти понимал чувства этих людей. Они не были дома четыре года.

– Домой, – повторил он. – Блокада Нлакиса снята, вас здесь никто не держит. Вы в любой момент можете вызвать корабль. Правда, не факт, что он быстро прилетит. ГС-флота у Шшерского Рая почитай что и нет. Субсветового корабля ждать еще дольше. Принципиальных преград к вашему возвращению домой я не вижу, но вам придется запастись терпением.

Ортленна опустила глаза.