Генеральша. Love story

Когда вынырнула из дремы и протерла глаза, старуха расчесывала черные кудри неправдоподобно чистой Ирочке. Пахло мылом и душистыми травами.

Теперь старуха взялась за нее. Нещадно хлестала вениками, обливала то горячей водой, то холодной, терла спину так, что Варя думала – снимет кожу. Потом втирала какие-то масла, мыла волосы травами. Наконец дала вытереться, завернула в большой велюровый халат – наверняка он принадлежал Вейру Велду. Повела в клетушку рядом, где Ирочка посапывала на лавке за столом, обняв огромную чайную кружку – уже пустую.

– Пей, доча, – сказала, наливая Варе горячий чай. – Авось не заболеешь. Все сделала, что могла.

– Спасибо, – пробормотала Варя, обжигаясь чаем.

Веки слипались, голова только и ждала, когда ее куда-нибудь положат – хоть на пол. Они вернулись в избу. Ирочка так и не проснулась. Варя с трудом дотащила ее до перины, на которую указала бабулька, положила завернутый в махровое полотенце комочек. Бабка прикрыла девочку одеялом.

– Заходите, Барби, располагайтесь, – Дайне отворил дверь в маленькую заднюю комнатку.

В комнате были кровать и столик. Кровать застелена чистым, не слишком широкая. Больше никакого ложа не имелось.

– А… – она хотела было узнать, нельзя ли поставить раскладушку, но осеклась. Не очень-то характерная просьба для молодой любящей жены. Она вдруг поняла, что убедительно играть роль супруги подразумевает еще и спать в одной постели.

Возможно, он это и имел в виду, подумалось ей, когда говорил, сколь тщательно она должна вписываться в роль жены. Не бескорыстно же он ее спас, в самом деле. А она не сообразила вовремя. Хотя… какой у нее выбор? В лапы особой службы или в лапы Вейру Велда? Конечно, второе. По крайней мере, он не станет издеваться.

А не поторопилась ли она с выводом? Не зря ведь Роман называл его коварным подонком. Может, для него особое удовольствие унизить вдову своего противника, заставить упрашивать, умолять, полюбоваться на ее слезы и кровь… Да нет, ерунда.

Ладно, будь по его, вздохнула Варя, подошла к столику и взяла с подноса яблоко. Сочное, румяное. Жертве таких не предлагают. Она вдруг почувствовала голод, стала торопливо есть.