Брак по-тиквийски 2. Призрак Риаведи

– Кстати, – вспомнила она, – что ты сказал Хэнку про лодку?

Ильтен пожал плечами.

– Сказал, что не могу ею распоряжаться. Что дом, двор и все, что здесь находится, в том числе лодка, принадлежит не мне, а твоему любовнику. И в его отсутствие лодку надо просить у тебя, а не у меня.

– Что?! – Глаза Терезы расширились. – Ты ему такое сказал? Ах ты зараза! – Она швырнула в него плодом; он увернулся и невозмутимо спросил:

– Разве я где-то солгал?

Тереза засопела. Ей очень хотелось открутить Ильтену голову.

И в то же время было стыдно перед ним оттого, что это действительно правда.

– Ты настаивала, чтобы я не отдавал лодку, – напомнил Ильтен. – Но если лодка моя, я не вижу причин не дать ее господину Хэнку попользоваться. Мы ведь с ним не враги, а добрые соседи. А если лодка не моя, то ко мне вопросов нет. Ты же этого и хотела.

Она сердито кинула плод в таз.

– Что он теперь обо мне подумает?

– Ты бы поразмышляла над тем, что он подумает обо мне.

Завтрак прошел мирно. Тереза чувствовала себя слегка виноватой, как всегда, когда речь заходила о ее отношениях с Маэдо.

И впрямь, Хэнк может подумать, что Ильтен – плохой муж, неспособный обеспечить жену, раз живет в доме ее любовника. Выходит, Ильтен рискнул своей репутацией, чтобы с лодкой вышло по ее. Неудобно.

Чтобы отвлечься от этих неприятных мыслей, Тереза стала думать о другом. Вот интересно, что произошло с Ликой. Это супруг ее так приложил, что сам испугался? Или несчастный случай? Крови многовато для обычных побоев, тут без чего-то серьезного не обошлось.

Хэнк же не совсем дебил, чтобы пырять железом кормящую мать?

Черт возьми! Как она об этом сразу не подумала? Где их ребенок? В машине его точно не было. Она вскочила – мелькнула мысль: надо бы сменить брюки на юбку, но тут же ушла, – и помчалась к даче номер 4. Ребенок заходился в крике, лицо посинело, ручки и ножки беспорядочно дрыгались. Пеленки были мокрые насквозь. Тереза забегала по дому в поисках чистого детского белья, нашла, вымыла и переодела малыша.

Он, похныкивая, стал искать грудь.

– Голодный, – сочувственно констатировала Тереза. – Откуда ж я тебе молоко достану? Коров тут нет.

Она понесла ребенка к себе, машинально баюкая. Ильтен уставился на него:

– Что, бросили младенца одного? Ну, дает этот Хэнк!

– Господин Хэнк, – ехидно поправила Тереза.

– Изверг он! Родного сына забыл.

– С сыном пока ничего непоправимого не случилось, – рассудительно возразила Тереза.