Брак по-тиквийски 2. Призрак Риаведи

Соваться незваным в его дом Хэнк зарекся. Опять напорется на госпожу Ильтен, ну ее. И тут его взор упал на жену. Вот он, выход. Она женщина, если заглянет в чужой двор, это ее ни к чему не обяжет, а его – тем более.

– Лика! – гаркнул он. – Поди сюда!

– Да, Билле, – пискнула она, отвлекшись от младенца.

– Пойдешь сейчас в дом номер 12, – велел он. – И пригласишь к нам господина Ильтена.

– Господин Ильтен придет в гости? – В глазах вспыхнула радость.

– Когда ты научишься вести себя как следует? – рявкнул он и замахнулся, но передумал.

Донести до глупой бабы мысль важнее. – Не придет, если ты не сделаешь так, как я говорю! Пойдешь туда и спросишь, не соблаговолит ли господин Ильтен пожаловать ко мне на вечерний чай и сигареты с Т3. Именно так спросишь, поняла?

– Да, Билле. – Лика торопливо закивала, округлив глаза.

Дачный воздух отличался от городского примерно так же, как воздух Т5 от Т1. Ильтена с непривычки после обеда потянуло в сон. А когда он проснулся, Тереза сообщила:

– Пока ты дрых, приходила Лика.

Между прочим, взвизгнула, когда нашу скульптуру увидела.

– Госпожа Хэнк, – поправил он.

– Она не перестала быть Ликой оттого, что вышла замуж, – отмахнулась Тереза. – Лика передала, что Хэнк приглашает нас на вечерний чай и сигареты.

– Нас? – недоверчиво уточнил Ильтен. – Она сказала «нас»? На сигареты? Либо она еще большая растяпа, чем я предполагал, либо ты что-то перепутала.

Тереза поморщилась. Конечно, Лика сказала, что ее муж пригласил господина Ильтена.

Тереза просто сочла, что это несущественно.

– На чай нас могли бы пригласить вдвоем, – терпеливо, как всегда, объяснил Ильтен. – Но на сигареты – нет. Это значит, зовут только меня.

– Ты же не куришь!

– А это неважно. Упоминание сигарет – просто знак, что зовут только мужчин.

– А женщины у вас все как одна некурящие? Я видела, что кое-кто из невест курил.

– И это тоже неважно.

Нет, его с толку не собьешь. Тереза вздохнула.

– Я знаю, о чем хренов Хэнк хочет договориться за моей спиной.

О лодке. Даже не думай ему уступить! Лодка – моя.

– Тереза, у женщины не может быть собственности.

– Плевать! Объясняйся с ним, как хочешь. Главное, чтобы он уяснил: если ему нужна лодка, пусть приходит ко мне лично и вежливо просит.

Кто перед кем извиняться будет?

Лика тщательно припудрила синяки, но со свежей царапиной прямо под глазом ничего сделать не могла. Хоть вообще вуаль не снимай.