Брак по-тиквийски 2. Призрак Риаведи

Ишь, раскатал губу, детей планирует. Но принципиальных возражений у нее не было, так что хмыканье вышло незлобным.

На ужин, как обычно, притащился дед Калле. Ильтен воззрился на него непонимающе. Вызвался помочь накрыть на стол и в процессе задал вопрос:

– Это еще кто?

– Господин Калле – наш сосед. Очень милый пожилой джентльмен.

– Надеюсь, он не останется у нас ночевать? Скажу тебе, как профессионал…

– Что это не мой тип мужчины? Рино, завянь. У тебя все мысли об одном. Успокойся, дед ходит к нам не для того, чтобы меня соблазнить.

Это для него давно неактуально. Просто ему трудно самому готовить еду.

– И он будет есть с нами каждый день? За мой счет?

– Авось не обеднеешь! – окрысилась Тереза. – Дед ест, как птичка. Он нам не помешает. Кому он вообще может помешать? А польза от него есть, он тут всех знает. И еще я у него лодку купила.

– Зачем тебе лодка? – снова удивился Ильтен.

– Да ты дерево! Чтобы плавать по озеру, разумеется.

Утром встали поздно после бурной ночи и, едва перекусив, с подачи Терезы отправились на озеро.

Оказалось, что калитка в глубине сада ведет прямо туда коротким путем. Ею давно не пользовались, и тропка через небольшой луг основательно заросла, но была различима. Тереза отворила скрипучую створку, и спустя минут пять они уже стояли у прихваченной цепью лодки.

– Мы на этом поплывем? А где мотор?

– Протри глаза, это весельная лодка. Нет у нее никакого мотора.

– А кто будет грести? Я не умею.

– Рино, ты дебил или прикидываешься? – Глаза многообещающе сузились.

 – Научишься!

Ильтен готов был хоть сотню единиц поставить на то, что Тереза сама умеет грести и что никакого физического дискомфорта это у нее не вызвало бы. Но спорить бесполезно. Пока она не разозлилась, можно было пытаться подобрать какие-то логические аргументы, только не сейчас, когда выражение зеленых глаз предвещало беду при любой неосторожной реплике. Он наклонился, сорвал большой красный цветок, через заросли которых они сюда шли, протянул ей.

– О-о? – растерянно улыбнулась Тереза.

За все время в Тикви никто не дарил ей цветов, не только скуповатый Ильтен, но даже Маэдо, готовый дорого платить за свое счастье.

– А я уж думала, у вас не принято дарить женщинам цветы. – Она поднесла цветок к носу; он источал слабый нежный аромат.

– Не принято, – подтвердил Ильтен. – Но мне почему-то показалось, что тебе будет приятно.

– Делаешь успехи. – Она улыбнулась краешком губ. – Спасибо.