Боги Черного круга

Фаирата была бледна, как смерть, и делала Вите отчаянные знаки, вероятно, долженствующие означать, что дерзить богу неприемлемо.

– Говори, кто ты, или я потеряю терпение! – пригрозил Хешшкор.

– Потеряешь, – кивнула Вита, – и что дальше?

– Дальше? – заорал взбешенный бессмертный. – Дальше я разнесу весь этот дурацкий замок вместе со всеми торчащими в нем козявками!

Фаирата позеленела от ужаса. Вита оглянулась на нее:

– Вот как? Вместе с твоей единственной посвященной? Не верю.

Хешшкор надул губы.

– Я могу испепелить лично тебя, маленькая нахалка!

– Давай, валяй. Но в этом случае разбираться с Флифом придется лично тебе, бессмертный грубиян. Фая в этом деле беспомощна, а я – Тюремщица Флифа, дважды заточавшая чудище в Бетреморогской башне – сам понимаешь, превращусь в пепел…

– Ты – Тюремщица Флифа? – впервые лицо бога выразило какой-никакой интерес. – Ты, не Фаирата?

– Н-да, со всеведением у тебя туго, – констатировала Вита.

– Мне нет дела до смертных! – задрал нос Хешшкор.

– А до Флифа?

Он не ответил.

– Объясни мне одну вещь, – вкрадчиво произнесла Вита. – Вначале были Флиф и Соа, Тьма и Свет – так ведь? Мир появился потом от их соединения. Весь мир – и бессмертные тоже, надо полагать. Так можешь ли ты утверждать, что стоишь над Флифом и что тебе нет до него дела?

– Ладно, – проворчал Хешшкор, одарив Виту жгучим взглядом, в котором злость смешивалась с чем-то непонятным. – Я действительно немного отвлекся от здешних событий.

– Конечно, всемогущий. Видишь ли, – начала Фаирата, – восемь лет назад эта дама, Виталия, случайно нашла перстень Тюремщика Флифа и…

– К сожалению, это длинная история, – оборвала ее Вита. – Впору целую книгу написать. А на воспоминания у нас нет времени.

– Да, да, – спохватилась Фаирата. – Потому мы и уповаем на тебя, великий Хешшкор.

– Э нет, – открестился он.

– Трус, – плюнула Вита. – Я знаю, в чем дело. Ты не способен ни на что серьезное, и всемогущество твое такое же, как всеведение.

– Я?! – взревел бог. – Ни на что не способен?!

Из его глаз в потолок брызнули струи огня, и через секунду вниз упало несколько оплавленных обломков каменной плиты, а над головами присутствующих появился прямоугольник звездного неба.