Разными дорогами

Помог обосноваться на новом месте.

Поддержал во время беременности  и родов.

Нашел няню и помощницу по дому.

Заботился обо мне и моих детях.

Искал магические кристаллы  Кэмпбов.

Дядя Альберт всё это действительно сделал.  И продолжал заботиться обо мне.

Вот только этот человек не мой дядя Альберт, и действовал так не в моих, а в собственных корыстных интересах. И когда эти интересы будут достигнуты, он собирается избавиться от меня.

Теперь, зная всё это, понимала, как была слепа и доверчива.

А ведь этот мужчина многого не знал обо мне, только раньше я списывала это на то, что до гибели родителей мы не жили вместе и не так часто встречались.

Дядя не захотел открыть лавку на новом месте. Теперь понимаю, почему. Как бы он работал в ней, если не обладает магией Кэмпбеллов?

Он часто уезжал. Якобы на поиски кристаллов. Но кто его знал, куда он уезжал на самом деле?

Он рисковал моей жизнью и честью тоже при возврате кристаллов в родное гнездо. Разве родной дядя подвергал бы меня опасности?

Мои дети находились под постоянным присмотром его людей.

И последнее – все кристаллы, которые мы с ним нашли, хранились у того, кто выдавал себя за дядю Альберта. И я понятия не имела, где именно.

Держать лицо и делать вид, что я не догадываюсь о том, что вокруг меня происходит, оказалось несложно. Благо, за несколько прошедших лет, дядя – или теперь мне называть этого человека Грегори? – постарался по максимуму развить мои актёрские способности.

И, наконец, я стала замечать то, что не замечала раньше.

Взять Рину.

Ну как я могла  поверить, что до нашей встречи эта женщина подрабатывала в госпитале? Утончённая внешность, нежные руки, прекрасная осанка… Да она точно аристократка. Даже не торговка.

А родители Рины – милая чета Вермусов? Рина совсем на них не похожа. Ни жестами, ни внешностью. Да и сейчас я вдруг поняла, что отношения их были скорее приятельскими, чем родственными.

А её дети, два мальчика-погодки? Они смотрели на меня, как на пустое место, хотя к дяде Альберту относились уважительно. Даже очень. А к моим малышам снисходительно.

Но мои наблюдения были прерваны довольно быстро.

Вечером первого же дня, когда родители Рины привезли Лису и Алекса, чтобы оставить, за вечерним чаепитием Джем Вернус вдруг произнес спокойным тоном:

– Элли всё знает.