Разными дорогами

Тогда я не могла остановить их, жадно переживая каждую минуту тех счастливых дней, теперь словно со стороны анализируя поведение Роджера, пытаясь понять, было ли его поведение неестественным и подозрительным. И действительно ли, я была просто слепа от любви?

В глубине души до сих пор хотелось верить, что всё, что случилось тогда, какая-то нелепая ошибка.

Он зашёл в лавку, чтобы встретиться с дядей и заказать несколько недорогих магических кристаллов силы. Сообщил, что совсем недавно переехал в наш городок, чтобы здесь обосноваться, что, мол, устал от суеты столицы, хочет спокойствия.

В тот первый день я не обратила на него внимания, хотя там было на что посмотреть. В принципе, как и в последующие дни. А город, особенно его женская половина, был возбуждён появлением нового жителя.  Я же мало обращала внимание на мужчин и обычно не видела в клиентах – мужчинах того, что… хм… собственно те являлись  мужчинами.

Роджер стал достаточно часто приходить к нам, чтобы контролировать выполнение заказа.

Мы сверялись с ним, соответсвуют ли создаваемые артефакты эскизу или нет. Обычно клиенты не были такими дотошными, но если клиентам нравилось  контролировать ситуацию, то против никто не был. И я в том числе.

А однажды Роджер позвал меня на прогулку. И сказал, что, если необходимо, то спросит разрешение у дяди Альберта.

В тот день я впервые посмотрела на него по-другому, как женщина на мужчину, и ужасно смутилась. Как же я была слепа… 

Высокий стройный мужчина с красивой фигурой атлета, с правильными чертами лица.

Брюнет с синими глазами.  Вежливый, обходительный. И я уже знала, что он умен, начитан и получил прекрасное образование в столичном университете.

Наверное, в ту минуту я и влюбилась по уши, и больше уже ничего и никого не замечала. И он это сразу понял, потому что улыбка его в тот момент стала широкой и довольной. А взгляд… тогда он мне показался восхищённым… хотя, если бы я была более внимательной, может быть что-то и почувствовала бы подозрительное.

Во рту пересохло, я перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку. Боги! Я не хотела вспоминать этого человека! Только не его!

Но заснуть не получалось, меня все ещё немного мутило, и в памяти то и дело всплывали картины прошлого. Наверное, тогда я казалась Роджеру смешной и нелепой. Сейчас мне было стыдно за ту меня, наивную и доверчивую.

А ведь дяде Альберту он сразу не понравился.  И он не выбирал слова, когда пытался образумить меня.