Поиграем в нелюбовь

– Я доверяю тебе, – продолжила Анна, вглядываясь в его глаза, будто изучая узоры радужки. – И я знаю, что ты не сделаешь мне ничего плохого. Ты просто не такой человек.

Кирилл открыл рот, чтобы возразить, но она не дала ему произнести ни слова.

– И даже если ты сейчас хочешь доказать обратное, ты просто будешь жалеть об этом потом. Я знаю, зачем ты поступаешь так, только ты подумал о чувствах своего отца? Тебе его решение кажется предательством, но попробуй понять его. Ты не предполагал, что ему страшно остаться одному? Что после такой потери он нуждается в заботе и любви? Разве он больше не имеет права быть счастливым?

Хотя где-то внутри зудело раздражение, Кирилл почувствовал себя растерянным.

Откуда у этой девчонки было столько смелости, чтобы в такой ситуации, полностью подавленной, спокойно смотреть ему в глаза и говорить с твёрдой уверенностью?

– Я не понимаю, как он мог так быстро забыть о ней, – со злостью в голосе произнёс парень, изо всех сил стараясь контролировать себя.

Ему почему-то показалось, что сейчас не Анна, а он был обездвижен, загнан в угол и обнажён.

– Он не забыл. Он не мог бы забыть. Но человеческая душа – не стакан, который может быть заполнен только одним чувством. Он может полюбить другую женщину, в то же время скорбя о твоей матери. Это ведь хорошо, что он движется дальше, а не застрял в своём горе, не выбрал путь, который разрушал бы его. Он продолжает бороться, чтобы быть счастливым, чтобы были силы жить дальше.

– Он может полюбить другую.

Но почему так быстро? – прорычал Кирилл чувствуя, как его переполняют эмоции, и понял, что слишком сильно сжал руки девушки, когда та поморщилась. Он злился, но сам не зная отчего, отвечал ей, раскрывая свои чувства.

– Пару недель назад ты меня вообще не знал, а теперь ненавидишь и пытаешься изнасиловать. Иногда всё случается внезапно, – обижено глядя на него, ответила Анна.

– Считаешь себя самой умной?

– Пока я тут самая раздетая. Одень меня, пожалуйста, – тихим, дрогнувшим голосом произнесла она.

Кирилл понял, что её запал смелости иссяк, и она, наконец, почувствовала себя уязвимой. В этот момент он и сам чувствовал, как нестерпимо горят его щёки, и тут же отпустил запястья Анны.

Только бы руки не дрожали, думал он, она не должна видеть этого.

От волнения его начало лихорадить. Торопливо, не полностью понимая, что делает, парень начал выполнять просьбу Анны и попытался вернуть блузку в прежнее положение.