Презирая правила

Пара запасных связок всегда лежала в прихожей. У Паши не поворачивался язык отказать закадычному другу детства, который после отсидки окончательно скатился по социальной лестнице.

Но в коридоре под неверным светом лампочки стояла утренняя пассажирка. Она презрительно сморщила тонкие ноздри заправской кокаинщицы, если верить фильмам Тарантино.

– Привет! Я сумку у тебя забыла в машине.

– Привет… – Паша покачнулся. Пьяный взгляд скользил, не находя точку опоры. – Заходи, отдам.

– Окей.

Девица по-прежнему походила на агента матрицы, одетого во всё чёрное.

– Ага, смотрел, значит! – она нервно схватила сумку и выхватила туда ключи и стеклянный шар.

– Проверял, вдруг бомба или наркотики, – Паша шаткой походкой прошёл за ней следом. Он тяжело опустился на колченогий табурет. – Да ты садись! Составь компанию!

– Что отмечаешь?

– Развод.

– Поздравить или посочувствовать?

– Посочувствовать… можно приласкать!

Гостья презрительно оглядела «подарок судьбы» в растянутых штанах и грязной клетчатой рубашке, застёгнутой с пропуском пуговицы.

– В другой раз…

Она хотела было выйти, но остановилась и повернулась к Паше:

– Знаешь, в жизни всякое бывает. Ты бы с выпивкой завязывал! У тебя скоро цирроз разовьётся.

– Гадалка нашлась, – Паша налил водки в стакан и поднял. – За прекрасную даму! – выпил, занюхал одиноким огурцом. – А я честно пытался тебя найти, но ты номер не оставила.

– Я знаю, – гостья томилась на пороге. Ей жаль случайного таксиста. В другой жизни он был бы симпатичным парнем… – Спасибо хоть, что ничего не пропил.

– А что это, кстати?

– Сувенир, стекляшка на память.

Паша забыл закрыть дверь. В неё зашли двое молодых людей, одетых в спортивные костюмы. Они уверенно двинулись на голоса.

– Ага, коллекторы! – Паша попытался встать, но мощная волосатая лапа посадила его обратно.

– Не коллекторы, а друзья, – зычный голос высокого бритого мужика не оставлял выбора.

Он доверительно склонился над парнем и отставил стакан в сторону:

– И пить хватит, тебе завтра за руль, деньги зарабатывать.

Второй дружок был мельче, но до невыносимости похож на коллегу. Морда кирпичом. Серые глаза. Тусклый взгляд с колючками вместо зрачков. Он встал у прохода, загородив выход с кухни.