Эйваз

Пора покинуть детскую комнату с плюшевыми игрушками… Которой у меня толком-то и не было, – едва слышно прошептала я остаток фразы, наблюдая, как он вращает глазами в поисках выхода из сложившейся ситуации.

– Так-то оно так, – кивнул он угрожающе спокойно. – Но смотри, Тая, не напорись в своих угодьях на мину или голодного шакала. Ты же понимаешь, что владение своей территорией – не гарантирует ее безопасности, всякое может произойти…

Я промолчала, зная, что он этими словами не угрожает, а всего лишь пробует разные пути в попытках пресечь мои замыслы.

Мы оба сверлили друг друга взглядом. Притихла и природа – в горах всегда так бывает перед дождем…

Спустя минуту Лео промолвил:

– Если я правильно понял… Не согласных с этими правилами, ты…

Но ему не удалось закончить фразу, поскольку мой внутренний дракон вновь поднял одну из голов и изрыгнул:

– А для не согласных… Таким я просто не рекомендую нарушать границы моего пространства.

Я грызлась за свои права, словно львица за львят!

– Тая, я что-то не пойму… – он поднял вверх указательный палец и нарисовал им в воздухе несколько кругов, импровизируя нимб.

 – Это многолетнее пребывание в Тибете отразилось так на тебе? Или монастырское воспитание прошло стороной?

– Лео, монастырь – благодаря тебе – научил меня трем вещам: самостоятельно мыслить; отстаивать свои убеждения в свободной дискуссии; искать, находить и использовать для защиты своих убеждений самые весомые аргументы. А Тибет научил еще одной, но самой важной – никогда не сдаваться!

– Это вместо нравственности и отречения? – он развел руками и вымученно улыбнулся.

Я бросила на него неприязненный взгляд.

– Значит, вот какого пути ты мне желал! Созерцания в затворе?

– Тая, не переворачивай все с ног на голову… Я же знаю, каким разносторонним было твое обучение: тебе были доступны даже танцы и светские науки, именно я был инициатором, чтобы подобные навыки тебе преподавались здесь… И после этого ты говоришь, что я желал для тебя затворничества?

– Но это же просто смешно! – я смерила его взглядом.

 – В какой момент ты предполагал, что мне это пригодится? Я должна была закружиться в танце с горным вихрем или изящно поглощать канапе среди монахинь, воображая себя на светском приеме в Лос-Анджелесе?

– Тая, я тебя умоляю, – устало протянул Лео.

– Не надо меня умолять, – отчеканила я, желая уже поскорее закончить разговор. – Чтобы ты понимал: я ни в чем тебя не упрекаю – всего лишь хочу пойти своей дорогой, вот и все.