Рубль-пять

Натка сама и не заметила, что вдруг перестали ее дразнить. И не слышно стало ни «хромоножки», ни более обидного «Рубль-пять», и тот же Сенька Граков, смущаясь и краснея, предложил ей как-то понести домой ее портфель.

– Смотри у меня! Принесешь в подоле, как мать – вот этими руками придушу! – ругала ее бабка Дарья, непонятно только за что. – Мне все равно, я старая! Сперва тебя придушу, потом сама в омут брошусь, чтоб на этот свет не глядеть больше! Только увижу еще около тебя этого паршивца Сеньку, или еще кого, тебе все космы выдеру! Ей-ей, наголо побрею, чтоб ни один на тебя не поглядел!

Натке очень хотелось спросить, что же такое – «принести в подоле», но бабушку она боялась так, что язык сам прилипал к гортани, отказываясь шевелиться.

А Сеньку она и сама видеть не хотела – его она тоже боялась, так и ждала, что вот сейчас глянет насмешливо и закричит: «Рубль-пять, рубль-пять!» Какой уж тут портфель – несла сама, спиной ощущая, как топает Сенька следом, недовольно посапывая от того, что эта вредная девчонка ему отказала!

Вообще, хоть и улыбалась Натка всем приветливо, а боялась она всего этого мира, пребывание в котором приносило ей ежедневные страдания – дорога до школы и обратно, по выезженной неровной и комковатой колее причиняла боль, хотелось лечь в нее, и пусть тебя переедет колхозный трактор, и все это закончится… Но надо идти, потому что сегодня бабушка велела почистить у курей и приготовить пойло для Голубки, бабушкиной невысокой, но очень удойной коровки.

Сама Дарья с колхоза не спешила уходить, хоть уже и была на пенсии, поэтому уставала к вечеру, и основные заботы по хозяйству лежали на Натке.

– Учись всему! Все должна уметь сама управлять! Я помру – помогать тебе никто не станет, кому калека нужна! – говорила Дарья внучке, растирая вечером больные отекшие ноги каким-то настоем.

– Бабушка, давай я тебе помажу, мне сподручнее. – Натка брала из рук бабушки флакончик с темной жидкостью и усаживалась перед ней на низенькую табуретку.

 – Бабушка, а может, тебе к врачу сходить, показать ноги? Говорят, в районной амбулатории новый врач, хороший! Из Куйбышева приехал к нам!

– Это кто ж тебе доложил? Тоже, важная птица – все ей докладывают! Не городи чепухи, кто из Куйбышева к нам поедет, да еще врач!

– Учительница по литературе сказала, – тихо ответила покрасневшая Натка. – Она сказала, что мне тоже… тоже надо показать свою… ногу.