Семь-я. Седьмая книга. Сага «Исповедь»

Она села на краешек его постели и погладила взъерошенные волосы мальчика.

– Не хочешь, не говори. Я и так всё знаю. Но ты сильный, выдержишь. Испытания закаляют нас. Я могла бы вмешаться, но это не принесёт тебе сладости побед. Вспомни, кто ты есть, как держал в руках когда-то оружие, как бесстрашно сражался!

Если бы это был какой-то другой ребёнок, он бы не понял и подумал, что это бред сумасшедшей, но дух Гусара, хоть и зажатый в тиски юношеского сознания, всё же, как она надеялась, не до конца погребён под мишурой современных реалий, достучаться бы до него!

– Ты сердишься на весь мир, и мне это знакомо, Даня.

– Не хочу, ничего не хочу слушать! – он накрыл голову подушкой.

Агнешка замолчала. Её воздействие погрузило мальчика в сон. Там им проще понять друг друга, пока спит дух противодействия. Изумрудная поляна покрыта жёлтыми цветами.

«Где это я? – смутно Даниил понимал, что уже не раз бывал в этих местах, но видение всегда разное: меняются цвета и оттенки, запахи, звуки, ландшафт, но всё же знакомое с детства пространство в одном постоянно, – его создаёт она.

Он сел на землю, посмотрел на свои босые ступни, пошевелил пальцами ног.

– Я знаю, что это ты меня перенесла сюда, колдунья, не прячься, выходи!

Чёрные птицы закружились над головой и с криком улетели к горизонту.

– Отдохни немного, – на хозяйке всего существующего здесь красное платье, подстать её волосам. – Давно ты сюда не заглядывал! А помнишь, в детстве любил живые цветы…

– Так говоришь, будто это от меня зависит! Ты сама приводишь к себе гостей.

– В обычной атмосфере ты отказывался слушать. Давай, решим с тобой возникшую проблему.

– Твою любовь к моему отцу? Мою обиду за маму?

– Никто не посягает на счастье твоих родителей, дорогой.

– Сама веришь в свои слова, Агнешка?

Её волосы раздул ветер, и она стала похожа на медузу Горгону, такая же красивая и смертельно опасная, взгляда не отвести.

– Жаль не прихватил с собою щит, чтобы закрыться от твоих чар, дорогая тётя.

– Зачем ты так со мной?

– Не знаю, не лезь ко мне в душу.