Полтора килограмма

Если вы не против, я позвоню вечером? – мягким тоном поинтересовалась она.

Я уже почти справился с чувствами и даже испытывал некоторую неловкость за свою излишнюю сентиментальность. Хмуро кивнул ей и, опираясь о кресло, тяжело поднял свое тело, чтобы проводить Кэрол до двери.

– Мистер Харт, почему вы согласились дать интервью именно нашей малоизвестной студии?

Кэрол поднялась из кресла и с неподдельным интересом ждала ответ.

– Мне понравился ваш голос, – невозмутимо изрек я.

– Я же серьезно! – изобразила кокетливое разочарование девушка.

– Просто в какой-то момент захотелось выговориться перед смертью, и тут прозвучал ваш звонок, – устало бросил я.

– Вы сказали «перед смертью»? – кокетство вмиг улетучилось с лица девушки. – Вы всё же не верите в успешный исход операции?

– Ну почему же? Такую вероятность я тоже не исключаю. Как любил говорить мой дед: «Не сомневаются только идиоты».

Я галантно предложил Кэрол взять меня под руку, что она охотно и сделала, одарив игривым взглядом.

Я приосанился, и всё равно моя макушка оказалась чуть выше плеча девушки.

Мы направились в холл. Винчи поднялся и нехотя поплелся за нами следом.

Миновав белую шелковую занавеску, трепетавшую от нежных прикосновений ветра, я заметил Джима. Он, задумчиво облокотившись, сидел в кресле, стоящем в холле возле самого входа на террасу. По его, полным сочувствия глазам я понял, что он слышал мой рассказ-исповедь.

Увидев нас, Джим поспешно встал и сделал шаг навстречу. Пес, радостно виляя хвостом, бросился к нему.

Сын наклонился и потрепал его по рыжей шерсти. Джим с юных лет предпочитал спортивный стиль в одежде, и сегодняшний день не стал исключением. Голубые потертые джинсы, черная футболка и серые кроссовки идеально подчеркивали его спортивную фигуру.

Я не без гордости представил его:

– Мой сын Джим Харт! Джим, это мисс Кэрол Новак, журналистка и просто очаровательная девушка. Она берет интервью для фильма о моей жизни.

Мы тепло обнялись с сыном, при этом Джим довольно холодно кивнул Кэрол.

Он всегда с осторожностью относился к красивым девушкам. Этим он явно пошел в мать, когда-то полюбившую такого невзрачного паренька, как я.

– Кэрол, вы же хотели знать, как мой сын относится к предстоящей операции? Думаю, сейчас подходящий момент для этого. Вот увидите, опять попытается меня вразумить, сгущая краски. А пообедайте с нами, – неожиданно предложил я, поддавшись душевному порыву, вызванному встречей с сыном.