Самая желанная

Их отец никогда не подпустил бы к Фиорелле неподходящего человека. Он удовлетворит свое любопытство старым добрым способом – спросит. Перспектива проникнуть сквозь ее непроницаемый стеклянный фасад и заставить открыть то, что Хестер, похоже, намеревалась сохранить в тайне, казалась удивительно привлекательной. Единственный вопрос – как это сделать.

Сейчас он держал ее руку и всматривался в ее глаза – и у него впервые перехватило дыхание. Чистое золото, теплое, приятное. Алек почувствовал, как где-то в районе затылка зародился жар и медленно пополз вниз по спине, вокруг груди, и стал опускаться все ниже.

Удивленный неожиданным ощущением, он напрягся, не в силах отпустить ее прохладную руку, не в силах не смотреть в ее потрясающие глаза – глаза львицы.

– Алек?

Принц моргнул и обернулся.

– Фи?

Его сестра смотрела на их соединенные руки. Он почувствовал слабый рывок, увидел краску смущения на лице Хестер и вздохнул. Медленно и неохотно он выполнил ее молчаливую просьбу и отпустил ее руку.

– Что ты здесь делаешь? – Фиорелла шагнула вперед. Ее удивление было очевидным. – Что вообще здесь происходит?

Алек резко вздохнул и мгновенно принял решение. Он все сделает в высшей степени осмотрительно.

– Мы не хотели удивить тебя, – сказал он. – Но дело в том, что Хестер и я помолвлены.

– Ты помолвлен? С Хестер? – Глаза принцессы стали круглыми, как блюдца. – Но это невозможно.

Алек взглянул на Хестер и увидел, что она сильно побледнела.

– Хестер? – Фиорелла обратилась к помощнице.

Ее безупречный лоб перерезала морщинка. – Я знаю, что в последнее время ты была довольно рассеянна, но…

Алек посмотрел на Хестер и увидел, что она стала еще бледнее. Его инстинкты в одночасье включились – что-то отвлекало ее. Ее уязвимость проявилась со всей отчетливостью.

– Она работает на меня! – сообщила Фиорелла. – И я не желаю, чтобы ты ей мешал.

Глаза Хестер расширились, краска вернулась к щекам. Но к немалому удивлению Алека, ее бесстрастное лицо озарила прелестная улыбка.

У него отвисла челюсть, и на мгновение появилось странное желание – чтобы она так улыбнулась ему.

– Я большая девочка, принцесса Фиорелла, – сказала Хестер, – и вполне могу о себе позаботиться. Я знаю, что ты понятия не имела, – добавила Хестер и махнула рукой в сторону Алека, – но у нас были причины скрывать.

Принц инстинктивно потянулся к Хестер и взял ее руку. Его охватило довольно необычное собственническое чувство.