Только сердце подскажет

Оливер намекал, что ее признание в Лондоне стало возможным лишь благодаря его связям, а не качеству ее работы. Она-то думала, что этот заказ реабилитирует ее в собственных глазах. Как глупо.

– Я как-то упомянул твое имя, когда она в очередной раз надоедала мне деталями своей свадьбы. – Лайэм играл с одной из жестяных баночек у нее на столе, по одному вытаскивая карандаши и опуская их обратно. – Она сама посмотрела твой сайт и решила нанять тебя. Ей понравились твои работы.

Виктория сглотнула. Она не могла позволить своей оскорбленной гордости разрушить все это.

Он посмотрел на нее оценивающе:

– Ты недовольна мной.

– Вовсе нет, – солгала она. – Очень мило с твоей стороны порекомендовать меня. Я поражена, что ты вообще вспомнил мое имя.

– Брось, Виктория. – Лайэм подошел ближе.

Она инстинктивно сделала шаг назад. Потому что за ее вежливой болтовней он иногда видел слишком много: что она думала на самом деле, чего желала.

– Теперь ты независима? – спросил он, удивленно подняв брови в ответ на ее попытку дистанцироваться от него. – Помощи ни от кого не примешь? Тем более от меня? – Его взгляд медленно скользил по ее телу.

Виктория пыталась сдержаться и не выдать свои мысли и эмоции. Но он в очередной раз, казалось, все знал.

– Тебе нечего бояться, – не отступался он. – Только один раз.

Виктория сдержанно улыбнулась:

– Почему? Повторить уже не захочется?

Он перевел взгляд на ее лицо:

– У меня были удобные отношения.

«Удобные отношения»? То есть он не был влюблен в Орелию? Или так он пытается скрыть свою глубокую боль?

– Интрижка на одну ночь – это не для меня, – честно ответила она.

– Может, тебе стоит попробовать. Хотя бы один раз.

Виктория выдержала его взгляд, по-прежнему ощущая, как ее тянет к нему, но она стала старше, мудрее, сильнее.

– Ты не любишь сдаваться, верно?

Короткое колебание.

– Нет. Я сказал тебе, что люблю побеждать.

– И все? – Она указала пальцем сначала на него, потом на себя. – Это что, как соревнование, которое можно выиграть?

– Признайся, – он сделал еще один шаг к ней, – ты умираешь от любопытства. И мы оба знаем, как хорошо нам будет.

– Лайэм.

Он опустил глаза.

– Так будет всегда, – пробормотал он. – Это неизбежно. Так было всегда.