Пикник в Вероне

Один день. Одно абсолютное искушение.

Ему не нужно было упрашивать ее. Она встретила его на полпути, уже влажная, податливая и жаждущая. Закрыла глаза, не помня ни о чем, кроме него. В мире не существовало ничего, кроме его поцелуя. Его губы касались ее рта, язык пробовал ее на вкус. Вскоре поцелуй стал настойчивым, разбойничьим. Эмили подняла руки, пальцы скользнули в его волосы. Она не только подчинилась его воле, но и стала предъявлять собственные требования, открываясь ему навстречу, желая большего.

Это было блаженство.

Она хотела, чтобы все продолжалось бесконечно, хотела насладиться каждым моментом. Но слишком уж быстро потребовала большего. Захотела придвинуться ближе, оказаться под ним и почувствовать вес его тела, ощутить…

Лука отстранился.

– Эмили.

Она открыла глаза.

– Мне хотелось бы привести тебя в мой отель и исцеловать все твое тело. Ты согласна?

– А он далеко, твой отель?

Лука засмеялся – неконтролируемый всплеск непритворной радости.

– Я серьезно. Может, мы здесь продолжим? – Ей не хотелось ждать.

Она хотела всего прямо сейчас.

Лука улыбнулся удивительно теплой, расслабленной улыбкой и опять склонился над ней. Поцелуй был таким же горячим. Его рука лежала на ее груди. Эмили сгорала от желания и знала, что не сможет ни в чем отказать. Никаких завтра и никаких сожалений. Существовало только настоящее, и ее влечение к Луке было непреодолимо велико.

Из-под отяжелевших век она видела голубое небо, проглядывающее сквозь зелень ветвей над ними, чувствовала тепло лета, душой и телом радовалась этому раю.

Каждым своим поцелуем Лука обещал так много… Эмили и не знала, что желание может быть мучительным, не переживала такого сильного стремления к физической близости. Не могла представить, что тело может одержать верх над разумом.

Лука застонал, будто читал ее мысли, разделял силу желания.

– Мне бы хотелось раздеть тебя под этими деревьями, но Джардино – общественный парк. Если в твои туристические планы не входит провести ночь с карабинерами, нам нужно идти.

Прямо сейчас.

Эмили было почти наплевать на условности, она разрывалась между нежеланием прервать этот момент и желанием довести все до конца, и как можно быстрее.

– Хорошо, – заставила она себя ответить. Это было равносильно тому, чтобы принудить себя вылезти из теплой прозрачной воды. Непреодолимо хотелось опять нырнуть в глубину. Неужели в еде были наркотики? Но нет, это его тело, прикосновения, а не опиум.

Лука встал и протянул ей руку.