И имя ему Денница

Но единственное божественное создание, которое он видел своими глазами, находилось где-то здесь во дворце. И оно не было истуканом, оно было живым. Как жаль, что там, в тронной зале, нельзя было подойти близко и прикоснуться, чтобы убедиться существует ли оно на самом деле. Оно говорило что-то на ухо фараону, но он не слышал слов, оно двигалось, но с места не сходило, оно обладало соблазнительными женственными чертами, но он не ощущал физического влечения, лишь какое-то безумие. Ему будто дали по голове, и он двигался, как в бреду.

«Красота богов должна пугать смертных». Надпись иероглифами была высечена на колонне недавно и неаккуратно, как будто ее нацарапали чьи-то когти, глубоко рассекшие камень. Таор заметил ее лишь потому, что сел рядом. Интересно, сколько еще во дворце появилось таких символов, которых не было раньше.

Сад пополнился изумительными зверями и птицами, названия которых Таор не знал. Наверное, путешественники завезли их сюда из таких далеких мест, о которых он и не слышал. Маленькие обезьянки, снующие по померанцевым деревьям, были черными, как демоны.

Где-то далеко зазвучал гимн Атону.

– Славься…

Какое монотонное песнопение. Вокруг как будто сразу стало темнее. Все дело в сумерках и в усталости, решил Таор, ему хотелось спать.

Страшный праздник

Его разбудило странное чавканье. Это две роскошные птицы, которых он заметил днем на деревьях, клевали на земле куски свежего мяса. Они делали это так агрессивно и злобно, что уже не казались такими прекрасными.

Интересно, а мясо человеческое? Таор не мог понять причину такой мысли.

Только что ему пригрезился странный сон – то золотое крылатое существо, которое он искал, сидело напротив него на земле у пруда и совершало какой-то жуткий обряд. Оно резало черных птиц и что-то шептало, а потом зарывало крылатые трупы прямо в земле. Кругом были символы, начерченные кровью и зажженные факелы. Сейчас Таор не видел ни того, ни другого. Земля была нетронута, факелы пылали лишь в скобах на стенах за садом.

– Славься! Твое величие вечно, прекрасный Атон. Ты сияешь над всеми, но все твои тайны ведомы лишь одному Эхнатону. Никто не знает тебя так, как познал он.

Странный гимн. Таор приподнялся на локтях. В темноте дворцовый сад выглядел совсем не таким прелестным, как днем. Мрак смыкался над прудами с лотосами почти ощутимо.