Империя дракона

Мудрость и чудовищная сила могут быть прикрыты нестареющей красотой. А красота, в свою очередь, лишь прикрытием для злодейств дракона.

Король поднял руку, призывая присутствующих к молчанию, потом с самообладанием, достойным восхищения, начал задавать вопросы гонцу. Ответы были излишне вежливыми и взволнованными. Насколько я понял, гонца прислал один из баронов, чьи владения граничили с королевскими. В лесах этого феодала завелось нечто, что перепуганный гонец привык обозначать одним словом «смерть». А как выяснилось позже, эта самая смерть бродит по чаще в образе вепря, которому помогает нечистая сила.

– Погибло несколько крестьян, – продолжал гонец. – А остальные боятся отходить далеко от своих жилищ. Ведь любой может стать следующей жертвой.

– Насколько мне известно, барон один из лучших охотников, – послышался спокойный голос короля. Сильные звуки в миг заполнили собой все помещение. – Неужели он не пробовал убить этого вепря?

– Ваше величество, разве можно нам, простым смертным, вступать в схватку с …ними? – гонец долго думал, прежде чем испуганно, с придыханием выговорить последние слово.

Кого он имел в виду? Почему он боялся говорить о « них»? Кто так его перепугал? Неужели один вепрь может навести страх на владения богатого феодала? Может, вся беда в суеверии крестьян и привычке все драматизировать. Я привык относиться ко всему спокойнее и рассчитывать в борьбе со злом лишь на собственные силы. Пусть другие надеются на заговоры от злых сил и амулеты, а меня сможет ранить лишь живое существо, ни дух. Перед смертью будет время прочесть молитву, а пока я хотел сражаться с помощью меча.

– Если дело обстоит именно так, то никто из рыцарей не решится помочь вашему несчастному вассалу, – осторожно заметил первый министр, обращаясь к королю.

– Я решусь, – отозвался я, смело переступая порог. На меня тут же устремилось множество пар удивленных глаз. Гонец облегченно вздохнул. Один только Флориан отнесся к моему заявлению скептически.

– Как же ты собираешься убить этого вепря, пустив в ход все свое обаяние? – холодно поинтересовался он.

Хотел сказать что-то еще, но предпочел промолчать, будто бы решив не разглашать тайну.

– Ваше высочество, лучше бы вам остаться при дворе, ведь на завтра назначен бал, – более дипломатично обратился ко мне первый министр.

– Да, верно, прекрасному кавалеру достойнее танцевать в обществе дам, чем скитаться по большим дорогам, – поддержал его один из советников.

Такой тон был мне обиден.