Империя дракона

В этом мертвом царстве, на мосту, окруженном страшными изваяниями, я никак не ожидал увидеть Сильвию, хрупкую фигуру в роскошном одеянии с бледным челом и огненной шевелюрой.

– Наконец-то они перестали забивать твою очаровательную голову этой ересью, – слова донеслись, как из глубины и я понял, что говоривший имел в виду моих исчезнувших друзей. Губы Сильвии не двигались, но ее лицо фосфоресцировало в темноте, как гипсовая маска. Должно быть, светящаяся кожа и жестокая бесчувственность особенность каждого создания, своевольно вторгшегося в чужой для них человеческий мир.

В этот раз со мной не было ни одного пугливого провожатого, поэтому я смело ступил на мост. Каблук сапога звонко стукнул по булыжному настилу и в этот самый миг в самом конце парапета, вспыхнул факел, прочно укрепленный в железном держателе. Огонь возник буквально из ниоткуда так быстро, что стала напрашиваться мысль, не задел ли я ненароком какой-нибудь хитроумный механизм. Ведь все эти вызывающие страх уловки могли быть всего лишь изобретением чьего-то пытливого ума.

Какой-нибудь мастер игрушек или его сбежавший подмастерье вполне мог знать какое действие производят на слабонервных сказания о темных силах и с помощью искусно сделанных чучел и спрятанных механизмов создать впечатление, что в развалинах обитают духи. Были ведь такие мистификаторы, которые заставляли зрителей поверить в реальность необъяснимого. Может события в руинах это тоже чья-то ловкая и злая шутка, придуманная специально для того, чтобы отпугнуть нежеланных посетителей.

Пламя факела выхватывало из темноты несколько выступов парапета. Оранжевые блики плясали по туловищу и изогнутому клюву одного из бронзовых истуканов. Это было чудовище с огромные, сложенными за спиной крыльями, когтистыми лапами и необычной формы головой. Мастерски отлитая из бронзы жутковатая тварь, казалось, вот-вот расправит крылья и с криком пронесется над землей. У любого, кто взглянул бы на эту статую в полутьме, не осталось бы сомнений в том, что она живет и дышит, не смотря на обманчивую неподвижность.

Казалось, что все они зловещие часовые, рассевшиеся по периметру моста, всего лишь ждут, когда пробьет их час.

Сильвия по своему обыкновению куда-то исчезла, будто ее образ был всего лишь игрой теней. Она вроде бы не выносила жаркого огня, пятилась даже от камина. Хотя пламя факела совсем не давало тепла, но оно ее испугало. Я пересек мост и обернулся назад. На миг мне почудилось, что бронзовые гарпии зашевелились.