Дракон королевы

Серафина была почти полностью бездарна в колдовстве, пока не лишилась зрения.

– Ты хотела посадить меня на цепь, – напомнил я, но чувство вины от этого не уменьшилось. Не стоило ее обижать.

– Не на цепь, а на ленту.

– Лента была заговорена. Ее и титан бы не порвал.

Королева от досады снова сжала кулачки. Как легко дракон мог раскусить все ее женские хитрости! Ей повезло, что этот дракон решил стать ее кавалером, а не врагом. Хотя ухаживать за ней порой было чертовски сложно. У нее характер дьяволицы.

Вероятно, поэтому я к ней так привязался. У Розы был такой же характер, разве еще чуть более буйный. Почему все красивые женщины такие же колючие, как розы? Об этом можно спорить так же долго, как о том, зачем розам нужны шипы.

– Я все равно тебя люблю, – заверил я. – Хоть ты и мерзавка.

– Не издевайся!

– Я серьезно.

– Тогда принеси мне голову Аларика.

– Которого из двоих? Мертвого или живого?

Серафина призадумалась.

– А можно и ту, и другую для надежности.

– Ну, одну ты можешь добыть сама из саркофага в королевской усыпальнице, а вторую, так и быть, достану я. Тебе она нужна в отсеченном, но живом виде? Хочешь задать отрубленной голове короля вопрос о том, зачем он шел на тебя с войной, – это я мог устроить. Только головы я обычно отрывал когтями, а не рубил. Как бы Серафина не поймала меня на красном словце и не потребовала потом компенсации за ложь. Лучше быть конкретнее, я слишком долго вертелся при разных королевских дворах и слишком привык к витиеватым фигурам речи.

Нужно говорить напрямую, но иногда я не мог удержаться и дразнил строптивую красавицу.

– Просто принеси голову, – велела она. – Если будет нужно, духи оживят мне ее магией, и я обо всем спрошу сама.

– Как пожелаешь!

Я оставил ее любоваться закатом. Хотя можно ли так сказать о слепой? Серафина уверяла, что видит, как солнце садится. Или духи видели за нее?

Уже спустившись в покои замка я вспомнил, что забыл доложить ей о новеньком музыканте.

Главное, чтобы королева не обнаружила его в мое отсутствие и не отправила на плаху лишь за то, что он, мягко говоря, необычен.

На сегодня мне еще предстоял визит к королевскому казначею. Сгорбленное существо в кафтане и бриджах из шелка поверх поросшего шерстью тела весьма нелепо смотрелось за конторкой в заваленном отчетами кабинете. Бухгалтерские книги и счета велись лишь для отвода глаз. На самом деле бюджет королевства от всего этого не зависел.