Семейный портрет с колдуном

Мне пришлось выпуститься досрочно из-за их смерти, поэтому я не получила королевский сертификат гувернантки.

– Как интересно, – почти промурлыкал колдун. – Сегодня я как раз посетил Линтон-вилль. Милая деревушка, уютные улочки… Зашёл в церковь… – он замолчал, глядя на меня с улыбкой.

– Решили замолить грехи? – спросила я с вызовом.

– Нет, это всё равно бессмысленно. Мои грехи не замолишь. Просто решил кое-что проверить. Попросил церковную книгу, просмотрел записи девятнадцатилетней давности, и – представьте себе! – не нашел ни одной Эмилии Валентайн.

Как будто её и не было.

Рот у меня открылся сам собой.

– Что вы такое говорите? – с трудом произнесла я.

– Чистую правду, – поклялся колдун, с самым невиннейшим видом распахнув глаза. Поднял мою руку с браслетом и сказал, поочередно касаясь подвесок-замочков: – Ни одной леди Валентайн девятнадцать лет назад… и двадцать лет назад… и двадцать один год назад…

– Значит, это какая-то ошибка! – горячо сказала я. – У меня есть свидетельство о рождении, оно датировано пятнадцатым августа…

– А вдруг оно поддельное?

– Оно не может быть поддельным! Скорее всего, в церковной книге не сделали запись!

– Ну да, – произнёс колдун с сомнением.

– На что это вы намекаете?

– На то, что вы слишком топорно работаете, Эмили Валентайн. Или как вас там?

– Подите вон, – сказала я, толкнув его в грудь.

Толку от этого, разумеется, не было никакого. Но спустя секунду он сам отпустил меня и даже отошёл к камину, протянув руку к синему огню.

Языки пламени ласкали его ладонь, пальцы, но ничуть не обжигали. Наверное, граф опять пытался поразить меня своими колдовскими умениями, но я дала себе слово, что больше ничему не удивлюсь, даже если он снимет голову и начнёт играть ею в кегли.

– А ещё – вы ведь обучались в пансионе святой Линды? – спросил Майсгрейв, хитро взглянув в мою сторону.

– Да, – ответила я с вызовом.

– Я проверю, – заметил он ласково.

– На здоровье, – пожелала я ему. – Проверьте и убедитесь, что оскорбляете меня зря.

Настоятельница подтвердит, что я обучалась там пять лет. Матушка Бевина…

– Наговорит кучу комплиментов в ваш адрес? – перебил меня колдун. – Расскажет, какая вы были милая, добрая, послушная?

– Именно такой я и была!

Он засмеялся, и мне было так же странно слышать его смех здесь, в кабинете, как и в церкви. Что такого смешного я сказала? Я и в самом деле была одной из лучших учениц пансиона и никогда не доставляла своим воспитательницам хлопот.