Семейный портрет с колдуном

Всё равно поедем медленно, чтобы не растрясло в дороге.

Все согласно кивали: да, да.

Я тоже кивнула. Больше мне ничего не оставалось – только кивать. Я никогда не была в столице, никогда не была при дворе, и моё пребывание там всецело зависело от семейства Майсгрейвов. Как они скажут – так и будет. Но уезжать из Саммюзиль-форда отчаянно не хотелось. Я чувствовала себя, как пугливый зайчонок, высунувший нос из родной норки и вдруг осознавший, что мир очень огромен. И страшен.

– Эмили, ты ведь согласна? – Аселин подсел ко мне.

– Конечно, понравится, – тоном, не терпящим возражения, заметила леди Икения. – Все юные девушки рвутся в столицу. И не каждой выпадает такая возможность. И тем более – возможность предстать перед королевой.

– И сшить платье у королевской портнихи, – кисло добавила Корнелия.

Они словно уговаривали себя и друг друга, что коварный ход колдуна, нарушивший планы, на самом деле сыграл всем на руку.

«Мы предпочитаем притворяться, что выходки графа – это шутки. Всего лишь глупые шутки, а не прямые угрозы или шантаж», – вспомнила я слова леди Икении, сказанные наедине.

Да, если я была зайчонком, с опаской выглядывавшем из норки, Майсгрейвы были зайцами, с закрытыми глазами бегающими по лесу, кишащему волками. Если не видеть опасности – то её вроде как и нет.

Они так привыкли, они сознательно выбрали эту линию поведения со своим двоюродным дедушкой.

– Значит, решили, – подытожила леди Икения. – Мальчики, вы отправляетесь сегодня, а мы не спеша соберемся и поедем завтра. Эмилия, не берите много туалетов – две или три перемены платья вам хватит. Всё равно мы полностью обновим ваш гардероб. Ваши наряды слишком просты для двора.

– Да, леди, – ответила я, рассматривая замочки на браслете.

Пока леди Икения давала указания господину Бо, Аселин придвинулся ближе и шепнул:

– Ты не рада?

Я отрицательно покачала головой и шепнула в ответ:

– Ты обещал, что мы будем жить здесь, в Саммюзиль-форде.

– Так и будет, – заверил он меня. – Только сначала предстанем перед её величеством. Возможно, она хочет лично благословить наш брак…

– Или запретить его.

– Нет оснований, – быстро ответил Аселин.

– Она может посчитать, что я недостойна тебя.

– Но решать-то мне?

Я посмотрела на него с сомнением, но ничего не сказала.